watermelon83: (m)
- от создателей "Человек и его шапка", Мольтке в штатском и других подборок! Если вы, как и я, питаете страсть к старикам в форме, то этот пост для вас.

И сейчас, из нашего далека, представить себе типичного германского генерала накануне Первой мировой войны достаточно легко даже для человека слабо разбирающегося в истории. Достаточно взять крупного черного кота и вообразить его в характерной каске с пикой.
Покойный фельдмаршал и президент Германии Пауль фон Гинденбург был как раз таким, типичным прусским воякой на службе у германского императора. Суровый взгляд, внешность полкового деда и основательность, радующая взгляд добропорядочных бюргеров, скрывали достаточно неуверенный в себе характер. Его мало, что интересовало кроме чисто армейских вопросов, в этом он походил на Роммеля - такая же ограниченность и приземленность во всем вне своей профессиональной среды.
Тем не менее, события вокруг него, его время, поставили Гинденбурга в центр внимания. Давайте же пройдемся по жизненному пути фельдмаршала.



Read more... )
watermelon83: (гиф)
- 1812-14 гг.

Все эти рисунки (и тексты к ним) придумал создатель совершенно забытых ныне русских супер-героев (ратника Гвоздило и ополченца Долбило), скульптор и художник Иван Иванович Теребёнов, автор нескольких серий патриотических карикатур и агиток. Хотя сам художник не был отмечен благодарным Отечеством (несмотря на широкое распространение своих трудов) и умер за полгода до Ватерлоо, нельзя не отметить таланта Иван Ивановича. Многие его зарисовки (те, что не предназначались для простонародья) отлично смотрятся и сейчас, ничуть не теряя из-за двухвековой разницы между нами.
В общем, такие работы можно назвать пропагандой за которую не стыдно потом. Умели раньше делать.
Мне так это понравилось, что я даже напечатал текст карикатур, чтобы вы не ломали глаза и яти. Орфография и грамматика по возможности сохранены, равно как и дух времени.

...

Действие пьесы разворачивается с 12 февраля по 24 марта 1814 г., незадолго до капитуляции Франции в войне с Шестой коалицией. Герой пьесы, полковник жандармерии Мишель де Шаброль, русский разведчик, получает задание выяснить, кто из высших руководителей Первой империи ведет сепаратные переговоры о перемирии с Австрией и Англией.
Работа Шаброля вызывает подозрения у Савари. Начальнику тайной полиции кажется, что Шаброль имеет какое-то отношение к крупным неудачам при Трафальгаре и Лейпциге. Савари приказывает провести в отношении Шаброля негласную проверку.
Во время сражения при Лаоне прусскими ядрами разрушена карета, в которой жили связные Шаброля - бродячие артисты семья Клеман. Мсье Клеман гибнет, а его беременная жена без сознания попадает в один из госпиталей Парижа, где во время родов кричит по-русски и матерно. Ее немедленно арестовывают люди парижского префекта полиции.
В это время Шабролю удается выяснить, что переговоры с союзниками действительно ведутся, и их инициатором является министр иностранных дел Арман де Коленкур. Сам Шаброль по поручению своего прямого начальства участвует в их обеспечении. Передать сведения в царскую ставку Шаброль поручает двум антибонапартистски настроенным французам: роялисту кюре Шарби и конституционалисту академику Прежану, брату одного из руководителей республиканского подполья. Пользуясь своим служебным положением, Шаброль переправляет их через французские аванпосты.
Шарби удается благополучно добраться до передовых отрядов армии Блюхера и выполнить свое задание. Прежан по рассеянности забывает спрятать ценные вещи и умирает, насквозь проткнутый казацкой пикой. Пытаясь сорвать ведущиеся переговоры, Шаброль решает пойти ва-банк и сообщает Жозефу Бонапарту о "тайном сговоре за спиной у императора".
Тем временем, в руки парижского префекта полиции Паскье попадают серьезные улики, указывающие на Шаброля как на царского шпиона. Шаброль вступает в психологическую дуэль с Паскье, стремясь избежать провала. Ему удается убедить префекта в том, что он бонапартист. Префект дает Шабролю понять, что заинтересован в нем - и сейчас, и после войны, когда наступит время разобраться с предателями. В эти дни, воспользовавшись алкоголизмом приставленных к ней агентов, из госпиталя бежит вдова Клеман. Шабролю удается переправить ее в Швейцарию, где она впоследствии открывает гостиницу.
Обращение к Жозефу дает результат - переговоры сорваны, Коленкур отозван в Париж. Шаброль уезжает в Италию, убедив по пути маршала Ожеро не защищать Лион.


...

На шкафу бюсты Нерона, Кромвеля, Пугачева (!) и Макиавелли. Под бюстом Кромвеля банка с отмороженными в России носами и ушами непобедимой армии; под бюстом Макиавелли привезенные из Египта останки французской армии. Внизу валяются модели транспортных судов Булонской экспедиции для высадки в Англию.
На Бонапарте: лицемерие, высокомерие, честолюбие и безбожие, ложь, лесть и клевета. На шее щастье, на руках грабительство и присвоение, в животе контрибуции. Ноги - конскрипция, налоги и подати. Сабля - насильство, статуя императора попирает человечество, рядом бежит заяц - надежное средство в неудачах.



Read more... )
watermelon83: (грусть)
- революционная и наполеоновская эпохи (1789-1815). Предыдущая часть, вместе с Амьенским миром, лежит тут.

Товарищ первый консул, любимец женщин и сладкоежек мужчин!
Napoleon_mauzaisse-1833

Был ли Наполеон тортом, простите, не удержался хорошим правителем? Его роль в посткоролевской Франции немного напоминала ситуацию, в которой уничтоженное (глобальным катаклизмом или ядерной войной) общество возглавляет сильный и харизматичный лидер, не знающий как пишется, но хорошо представляющий как выговаривается. Иначе говоря, практичность (прагматичность) Наполеона во внутренней политике была безусловным благом в первые годы его консульства и империи.
Впоследствии, ей (прагматической внутренней политике) предстояло выродиться в простое продолжение (приспособление) военной стратегии Бонапарта. Иначе говоря, в новом французском государстве Наполеон-военный ставил задачи Наполеону-политику, а не наоборот. Положение немыслимое в пресловутой милитаристической Пруссии, якобы вылупившейся из пушечного ядра.
Это (французское) выражение, хорошо освещающее характерную для сплава франков и галлов неспособность понимать чужие народы, как никакое лучше описывало завершенную (идеальную) структуру наполеоновской империи: милитаризированного государства, где общественные институты играли лишь прикладную роль, а политика служила планам будущих кампаний. Осознавал ли это сам Бонапарт, периодически искренне удивлявшийся ненависти к нему со стороны европейских стран и народов (я всегда лишь обороняюсь!) - вопрос вторичный.
Его идеал - первый вариант Священной Римской империи - т.н. Западная империя Карла Великого, подразумевал стремление к универсальности и экспансии. Вместо Библии колонны французской пехоты несли на своих штыках наполеоновский Гражданский кодекс, но на этом сходство заканчивалось. Французские школьники напрасно зубрили историю Каролингов - с годами, линия поведения их государства стала намного ближе к паразитической стратегии Тамерлана, нежели объединительным и оборонительным усилиям императора франков.

Read more... )
watermelon83: (m)
- накануне 20 века (1890-е). Германия у нас представлена Баварией, а Россия ее самым европейским городом - Санкт-пока еще-Петербургом. Фотографии очень красивые и интересные.
Ну, а мы немного (очень кратко) порассуждаем о русско-германских отношениях в контексте неизбежной Третьей Первой мировой войны.

Австро-германский блок, которым нас так часто пугали нас со страниц учебников и научных трудов, на деле не являлся чем-то новым в мировой политике. Вообще-то, немцы и немцы и так были союзниками - императоров, при Священной Римской, а также в постнаполеоновском Германском союзе. Поэтому, когда после побед 1864-71 гг. Берлин и Вена оформляли новое соотношение сил в Центральной Европе, это было лишь оформлением старого, не более того. Сердечность этого союза была не большей чем в славные дни короля Фридриха-Вильгельма I и императора Карла VI.
Следует учитывать тот факт, что германская политика настойчиво зазывала в новый союз Черных орлов Санкт-Петербург, но русские упорно не желали дружить с Веной, предпочитая особые отношения с Берлином. Покуда Бисмарку не нужно было выбирать между двумя императорскими дворами, он умело поддерживал дружбу и с русскими, и с австрийцами.
Наконец, дипломатия Александра II поставила вопрос ребром - если дойдет до войны с Веной, какой будет позиция Германии? Немецкий канцлер дипломатично ответил, что сделает все ради примирения держав, но не сможет допустить уничтожения Австрии. Выбор - навязанный русскими - был озвучен.
Между тем, русско-германские отношения тоже переживали не лучшее время. Пиррова победа в войне с Османской империей 1877-78 гг. всколыхнула панславистские чувства в России. Панславизм давал простые решения на извечные русские проблемы - надо всего лишь объединиться, от Чехии до Якутии и новая нация-исполин определит будущее 20 века.
Дипломатическое поражение (в большей степени надуманное, чем реальное) на Берлинском конгрессе, вызванное австро-английской группировкой, привело к вспышке ненависти к Бисмарку, ошельмованному в качестве предателя. Это было удобно, с пропагандистской точки зрения. И крайне глупо - ведь дружественная Германия страховала Россию от опасностей на западных границах, не говоря уже о теснейших экономических, культурных и т.д. связях.

Покуда Александр II был жив, это охлаждение носило ограниченный характер, но его сын пошел намного дальше.
Если уничтожить Османскую империю без сокрушения Австрии невозможно - пусть будет так. Если за Вену вступается Берлин - что же, заключим союз с Парижем. Быть может Александр III и рассматривал этот новый блок как большой угрожающий маневр, но французский напор быстро снес все ограничения. Если австро-германские союзники попросту ограничивались общими рассуждениями о дружбе, то русско-французское сердечное согласие быстро обзавелось конкретными военными планами - будущий поход армий Самсонова и Реннекампфа в Восточную Пруссию намечался уже тогда.
Любопытны - и в чем-то умилительны - попытки двух императоров (Вильгельма и Николая) разорвать эти узы в дальнейшем. Но время было упущено (кем? когда?) - по сути, в России у немцев не осталось союзников в обществе, кроме императорского двора. Панслависты были против германских государств по умолчанию, либералы видели в союзе с Францией (и Англией) благотворное сближение с демократиями Запада, дальнейшее было делом техники: инерция военного планирования, притяжение больших масс.
Вообще, динамика русско-германских отношений накануне ПМВ буквально дышит обреченностью - война была крайне невыгодна и даже попросту бессмысленна для обеих стран, но они шли к ней, шаг за шагом, шаг за шагом. Робкие попытки остановиться - например, после русско-японской войны - тут же подавлялись общественностью. Николай, заключивший было с немцами что-то вроде союза, скрывал это от своих приближенных как позорную бумажку - и тут же отыграл назад, после того как информация стала расходиться.
Очевидно, монархи переоценили степень своего влияния на ситуацию, самоуспокаивающе надеясь, что до крайностей не дойдет: результатом стал бунт генералов в России и австрийская сверхинициативность (вызванная, отчасти, действиями русской разведки, создавшей - из лучших, разумеется, побуждений - полубандитское сербское государство, со вполне понятными задачами) на Балканах, подставившая Берлин.

Итогом стало идиотское русско-германское побоище, закончившееся унизительными переговорами в Брест-Литовске, где бывшую Российскую империю представляла прекрасная смесь из крайних социалистов, убийц и осколков прежнего режима. Но, и немцам не удалось взять Париж еще раз, а сербское государство значительно расширилось, сразу сделав Балканы стабильным регионом Европы (разве нет?)
Если это было целью царского правительства, то оно своего добилось.

В течении сорока с лишним лет французские правительства вынашивали лишь одну цель - напасть на Германию в момент наиболее удобный для этого. Это намерение, бывшее секретом Полишинеля, нервировало всех германских канцлеров, начиная с Бисмарка. Нет, еще раз повоевать с Францией один на один, немцы были готовы всегда, но теперь французы были аккуратнее и предпочитали разделить холодное блюдо мести в хорошей кампании. И тут, очень кстати, пришлась Россия, обиженная к тому времени на себя и весь мир.
О внутренних ее делах, с террористами-убивцами, мы сейчас умолчим, а о внешних скажем так: Россия сердилась на Англию и Германию, лишивших ее законной добычи в последней русско-турецкой войне 77-78 гг. Было это, разумеется, полной чушью, но национальная, а точнее общественно-славянофильская обида очень хорошо подружилась с французской, пойдя с ней рука об руку. Париж и Петербург с ходу заключили союз, заранее наметив военно-политические планы по разделу Центральной Европы. Франция отдавала России Австрию, а Россия добывала французам Германию. Военные планы, обсужденные тогда же, легли в основу последующих действий в начале ПМВ. Париж жертвовал Австрией, Петербург старым проверенным союзом с "черными орлами", ради химерического союза славян под водительством Романовых. Напомним, что происходило это на фоне непрекращающихся польских смут и более чем десятилетнего расплевывания с Болгарией. Немцы, бывшие тогда для России всем, т.е. буквально всем - от царей, генералов, промышленных изделий до кукол и механических забав (самостоятельно русская промышленность того времени сумела освоить лишь деревянную игрушку "мужик и медведь", приводимую в действие мужиком или медведем, опционально), а также идеологий и прочих наук, были в шоке от такой черной неблагодарности. В прямом смысле: обида была почти что эмоциональной, как в ссоре между некогда близкими людьми. Начались войны печати, таможенных тарифов. Мстительные германцы повысили цены на русское зерно (хлеб был слишком технологически сложным для царизма, она кормила всю Европу зерном), а те в ответ ударили по ввозимым механизмам. Все еще воспринимали это как нечто временное. Австрия - да, враг со времен Крымской кампании, а Германия, что ж - монархистам она друг, а социалистам второе Отечество. Даже славянофилы, кутаясь в необъятные бородищи, говорили о слиянии славянских рек в единое море по германскому образцу. Антагонизма еще не было. А деньги - уже были. Французские банки тихой сапой проникли в империю, мягко направляя ее в нужную сторону. Одну железную дорогу к германским границам, для удобства при развертывании. И еще. И тут. И заказать французское оружие.







Read more... )
watermelon83: (гиф)
- революционная и наполеоновская эпохи (1789-1815). Предыдущая часть, вместе с генералом Дезе, лежит туть.

На земле два могучих народа
Борьбу за господство ведут.
Под угрозой всех наций свобода,
Трезубцы сверкают, и молнии жгут.

Золотом ценность всех стран измеряют,
И, как Бренн во тьме веков,
На весы справедливости франк дерзко бросает
Славную шпагу отцов.

Флот простирают свой бритты.
Как спрут своих щупальцев сеть,
И безбрежную зыбь Амфитриты
Хотят замкнуть, словно клеть.

800px-Caricature_gillray_plumpudding

Лондон, Париж, Петербург
Неплохое сотрудничество между англичанами и русскими, начавшееся еще с печальной памяти времен Ивана Грозного, расстроилось при царе Алексее и его сыне Петре, создавшем Российскую империю. После этого, в течении долгого времени англо-русские отношения носили сдержано-холодный характер: стороны друг друга не любили и не очень-то друг дружке доверяли. Тем не менее, для тогдашнего Лондона торговля с Россией имела много больше значение нежели в последующем; Санкт-Петербург же и вовсе был в стратегическом партнерстве с Веной, посредством чего, косвенным образом, поддерживал и англичан в их глобальном противостоянии Франции. Случайная комбинация (т.е. не зависящая от усилий русской или французской дипломатии) Семилетней войны, когда Париж и Петербург оказались в одной упряжке против Лондона и Берлина, не привела к перерастанию войны из холодной в горячую - русские тогда так и не скрестили шпаги с британцами.

Read more... )
watermelon83: (гиф)
- революционная и наполеоновская эпохи (1789-1815). Предыдущая часть, вместе с завоеваниями революции, лежит тут.

Говорили пушки басом,
Гром военный грохотал,
Генерал и первый консул
Немцу перцу задавал!

Lejeune_-_Bataille_de_Marengo

Старый враг для новых драк
Покуда англо-австрийские стратеги размышляли над судьбой похода 1799 г., подсчитывая успехи и неудачи - поражение в Голландии, относительный успех на Рейне, почти полная победа в Италии и Восточном Средиземноморье - Бонапарт занялся подготовкой ответного удара. Он мог быть покоен насчет общественного мнения Франции - провал изначально обреченных на неудачу консульских дипломатических инициатив убедил французов в том, что альтернативы еще одной военной кампании не существует. От Наполеона зависело, чтобы она приобрела решительный и переломный характер.
Для этого у французской армии было все: прилив союзников, характеризующий почти весь 1799 г., явственно сменился отливом, после того как генералу Массена удалось удержать занимавшую по отношению к европейскому фронту центральную позицию Швейцарию. Фактический выход из войны России, убравшей свои войска из Северной и Южной Европы, давал французам дополнительные преимущества. Двести тысяч новых рекрутов, влитых в ряды республиканских армий, гарантировали, что преимущество больших батальонов будет на правильной стороне.

В начале 1800 г. линия фронта простиралась от Рейна до Генуи, где австрийцы фон Меласа не только побили швейцарского героя Массена, но и сумели разделить остатки тамошней французской армии на две части: половина ее умирала от голода в осажденной Генуе, другая безуспешно пыталась остановить немцев на старой королевской границе. Казалось, что еще недолго и война окончательно перенесется в Южную Францию.
Положение в Германии, где французам под командованием осторожного Моро удалось прочно закрепиться на левом берегу Рейна, обстояло лучше - благо галлы теперь обладали на этом участке и численным превосходством. На севере же, в колебавшихся между Батавией и Голландией Нидерландах, война и вовсе закончилась, после того англичане и русские бесславно эвакуировались. Освободившиеся французские войска устремились к Дижону, располагавшемуся одинаково удобно для выступления и в Германию, и в Италию.

Read more... )
watermelon83: (свин)
- англо-французов (и итало-турок, не будем забывать). Подборка фотографий из стана союзников, сделанных первым официальным военным фотографом в мире англичанином Роджером Фентоном. Удар тарелок, переводим дух.
Собственно, прежде чем мы перейдем к просмотру самих фотографий, следует напомнить с чего эта война вообще началась. Знаете, эта наша традиция просвещения и все такое. Кто на лекцию не придет, того на танцы не пустят.

В общем-то, сама Восточная война достаточно подробно описывалась впс в соответствующем цикле, к которому я и отсылаю всех интересующихся. Все. Ладно, шучу.
Итак, цепь событий приведших к войне кажется достаточно случайной и надуманной (личная неприязнь между Наполеоном и Николаем, спор о ключах в Иерусалиме - т.е. французская провокация и бестолковая дипломатия Меншикова), но на деле предсказать неизбежность ее возникновения было вполне возможно. Очередной кризис, случившийся в непростых русско-турецких отношениях, был вызван: определенной слабостью турок, позволявшей русским (т.е. императору и его дипломатии) оценивать это государство как больного человека Европы, наследство которого предстоит разделить в самое ближайшее время; опасениями русской дипломатии в том, что англичане сумеют опередить ее в этом разделе и уверенностью Николая в том, что из пяти великих держав три (включая его собственную) - на его стороне. Не то, чтобы у царя под подушкой лежал конкретный план блицкрига против Османской империи, навроде того, что был у Екатерины Великой, но неприкрытые опасения не упустить при случае своего были слишком откровенны. Трудно вести дипломатию с государством, которые ты уже мысленно наметил к разделу.
При этом Николай достаточно хорошо осознавал экономическую отсталость собственной империи, вследствие чего распространение российского влияния мыслилось исключительно в рамках силовых, военных акций. Царь исходил из того, что единственной страной с которой ему предстоит договориться является Англия и щедро рассчитывал расплатиться с ней османскими провинциями, например Египтом. Т.е. собирался заплатить не из своего кармана. Францию он после революции 1848 г. списал со счетов, полагая и нелегитимной, и нестабильной. Австро-прусские союзники, разумеется, должны были поддержать Россию, по умолчанию.
В определенном смысле такой оппортунистический подход (в ожидании смерти больного), мог бы предотвратить худшее и вовремя умерший Николай вошел бы в историю России как самый влиятельный ее правитель, но царь сам испортил себе биографию: свалить неудачи на разваливших все либералов не получилось. Причины ускорения темпов - отдельная тема, но очевидно, что давление на османов постепенно возрастало. Императорская Россия откровенно бряцала оружием, используя свой главный козырь: непобедимую русскую армию, сокрушившую Наполеона (под руководством мудрого царизма, доказавшего историческое преимущество абсолютистского крепостничества над буржуазной диктатурой).
Возросшая агрессия и самоуверенность империи вскоре привели к тому, что царская дипломатия попалась в примитивнейшие силки Наполеона, легко переигравшего Николая. Закусивший удила царь пошел ва-банк и выставил османам ультимативное требование, исполнение которого автоматически делало султана вассалом российского императора. Заодно россияне оккупировали пограничные османские территории, в качестве залога. Эта агрессивная политика, давно забытая в Европе, со времен падения Бонапарта, сблизила англичан и французов, экономически господствовавших в Османской империи. Английская и австрийсквя дипломатия попытались решить дело приемлемым компромиссом и царь, уже несколько отрезвленный англо-французским партнерством, начал было отступать, но тут османы, не желавшие играть роль коврика на переговорах, внесли ряд несущественных поправок в планировавшееся соглашение. Внезапно Николай счел себя оскорбленным и отказался уступать - попробуйте заставьте.
Началась война с турками - пока только с ними. К удивлению всей Европы, русская армия начала кампанию с унизительного поражения на Балканах - османы отразили ее атаку и нанесли ряд более мелких поражений. Зато на Кавказе обстрелянные русские войска сходу одержали несколько больших побед. Момент для переговоров и заключения мира еще не был упущен, но тут...
Турецкая эскадра Осман-паши, в состав которой входили 7 фрегатов и корветов, в том числе один колесный пароход-фрегат, безмятежно стояла в бухте Синопа, полагаясь на то, что близость нейтрального, но и союзного, англо-французского флота парализует любые наступательные действия русских. Эта ошибка стоила турецкому вице-адмиралу очень дорого когда в бухту зашел русский флот из 6 линейных кораблей вице-адмирала Нахимова, половина которых имела по 120 пушек. Помимо линейных, у русских было несколько фрегатов, но все это уже несущественно - соотношение сил не позволяло даже помыслить о сопротивлении. Турецкая эскадра была буквально раздавлена, из ловушки уйти сумел лишь паровой фрегат, Осман-паша и 3 т. турецких моряков погибли. Русские сожгли и город, о чем громогласно протрубили их газеты, князь Меншиков, командовавший теперь всем Крымом, получал благодарности, в Санкт-Петербурге с большим успехом проходило театрализованное представление о Синопской баталии.

Теперь у англо-французов почти не оставалось выбора, хотя английское правительство настолько не хотело воевать, что еще раз попыталось заставить русских уйти с оккупированных османских территорий, но и эта попытка не имела успеха. Так, весной 1854 г., после года внешнеполитических и военных успехов, царское правительство оказалось в состоянии войны с англо-франко-турецкой коалицией. Дальнейшее известно. Добавлю лишь то, что царь-технократ Николай оказался порядочнее многих политиков и, честно признав итоги своего правления, ушел из жизни вместе с эпохой.

Фентон приплыл в Крым уже много после высадки, весной 1855 г. и пробыл в нем до конца лета того же года. А на фото у нас господа британские офицеры, из пехоты.


Read more... )

Unser Heer

Mar. 17th, 2017 12:36 pm
watermelon83: (m)
- книжка иллюстраций, появившаяся в 90-е гг. 19 века. Художник - наш любимый Карл Рехлинг (Carl Röchling), кисти которого принадлежит множество подобного рода работ. Да чего там говорить - отличные рисунки, с почти фотографическим качеством. Для иллюстрации последнего тезиса, я даже добавлю бонус, в виде фотографий быта германских солдат той эпохи. Полагаю, что всем будет любопытно взглянуть и сравнить.

Как уже всем хорошо известно, т.н. германский милитаризм, якобы в одиночку развязавший ПМВ, не более чем пропагандистский жупел, один из излюбленных мифов победителей. Забавно, этот миф настолько въелся в сознание, что никого не удивляет тот факт, что до начала ПМВ агрессивные германские милитаристы последний раз воевали в 1870-71 гг. (если не брать во внимание небольшие колониальные экспедиции), а их австро-венгерские напарники по черному союзу и вовсе - в 1866 г. Тогда как большинство стран Антанты успело поучаствовать в самых настоящих войнах, от англо-бурской и русско-японской, до итало-турецкой и американо-испанской. Исключение, пожалуй, составляли только французы, которые, тем не менее, за этот период обзавелись большой колониальной империей и даже успели потерпеть поражение в войне с Китаем (последний, впрочем, этого не заметил и привычно сдался).
Можно было бы продолжить, но, кажется, мы уходим от темы. Добавлю лишь то, что особенно смешно слышать о германском милитаризме от тогдашних российских авторов, солидаризовавшихся с англо-французскими воплями о гуннах и уланах. И и это при том, что Российская империя тогда обладала целым сословием-народом воинов - речь, разумеется, идет о казаках. Куда уж тут Второму рейху! Весь этот англо-франко-русский новояз о милитаризме, следует понимать (читать) как зависть к сопернику, привычно опередившему их в военном деле, и не более того.
Если говорить о настоящем, действительном милитаризме, в полном смысле этого слова, то в указанный период речь может идти только о японцах. Последние, впрочем, вынуждены были играть по правилам и показали свое азиатское мурло только через сорок лет, когда англо-французские творцы нового миропорядка расползались по швам, неспособные контролировать последствия собственной тупости и ненависти. Но это уже совсем другая история.

Между тем... )



Read more... )
watermelon83: (m)
- германская колония в Китае, на Шаньдунском полуострове. То самое знаменитое Циндао:

- Главной (да почти единственной) военно-морской базой рейха на Тихом океане был китайский городок Циндао (дословное название его на китайском пусть произносят черти в аду), в котором от китайского были только наемные рабочие. Германцы еще в 19 веке арендовали безлюдный участок земли на побережье умирающей империи Цин и на пустом месте, в дикой варварской земле, возник опрятный военный городок. Теперь его осаждали самураи и джентльмены (в небольшом числе). Циндао отбивался умело - изрядно трусившие японцы (особенно после Порт-Артура) подступали очень осторожно и город пал на третий месяц после выступления войск микадо. Немецкому миноносцу удалось лихой ночной атакой потопить японский крейсер, японские приступы отражались с тяжелыми потерями (семь убитых джапов на одного ганса), но к ноябрю у осажденных банально закончились боеприпасы. Немцы уничтожили все могущее представлять хоть какой-то интерес и капитулировали. Японцы жадно перехватили арендованное утянув его себе, от чего Китай впоследствии отказался заканчивать мировую войну.

Конец цитаты. Разумеется, арендование возникло не на пустом месте: во время событий предшествующих т.н. боксерскому восстанию (фактически войне цинского Китая с остальным миром), в этой местности фанатиками были убиты двое немецких миссионеров-христиан. Кайзер немедленно вострубил в свой тевтонский рог, требуя от Китая компенсации. Так, в 1898 году немцы арендовали на 99 лет территорию с 80 т. китайцев.
Колония, разумеется, носила убыточный характер, служа военно-морской базой стремительно растущих германских ВМС. В те патриархальные времена, когда колониализм еще носил патерналистский характер, вполне могли быть ситуации при которых вложения в полученную местность в десятки раз превышали доходы от обладания ею. Так, к слову, получилось и с Kiautschou.
Для Китая, впрочем, это была не такая невыгодная сделка как может показаться - во-первых, юридически это все еще была территория империи Цин, а во-вторых, немцы действительно много сделали для ее развития. Был даже открыт университет для китайцев - он существует и по сей день, не говоря уже о фактически построенном с нуля городе Циндао, железных дорогах, больницах и прочих ужасах колониализма.

з.ы. в процессе подготовки поста я увлекся - такое случается! - и решил расширить его, добавив в итоге почти такое же количество немного дополнительных материалов (так сказать - после аренды). А что - подвластна мне такая сила *скромно*.



Read more... )
watermelon83: (m)
- полистаем? Прекрасные иллюстрации, просто прекрасные. От прусского флота, до кайзеровских линкоров и современных (уже не очень) фрегатов ФРГ. В настоящее время из великих (с точки зрения производства, т.е. ценности для планеты) держав, германский флот является самым слабым (не считая, пожалуй, канадского) и, судя по всему, будет уменьшаться и дальше. В настоящее время он состоит из дюжины подводных лодок и двух десятков фрегатов и корветов. Большинство судов, впрочем, достаточно современные - как минимум половина из них спущены в 21 веке. Но речь пойдет не о перспективах немецкого флота - в конце концов, научно-технически развитому государству достаточно легко изготовить необходимое количество кораблей и даже матросов - было бы желание, как говорится.

История германского флота (а в нее можно включить достаточное количество событий, как для сухопутного, в целом, народа) значительно длиннее чем это обычно представляется, но самое, пожалуй, интересное в ней - это способность на равных конкурировать с ведущими специалистами в этой области.
Поясню на конкретном примере - внезапный взлет японского флота в конце 19 века в принципе понятен. Ведь японцы - морская нация и когда у них появилась возможность, то и т.д. Правда, при более внимательном изучении вопроса, вскоре выясняется, что японцы никакая не морская нация и веками чувствовали себя на море как дырявый сапог в воде, но репутация, заработанная в боях с еще более не морскими нациями Китая и России, тяжелее истины. На этом фоне совершенно теряется то, что по той же логике, самой морской нацией Дальнего Востока должны были стать корейцы, которые действительно плавали испокон веку и устраивали цусимы японцам еще во времена елизаветинских пиратов. При этом корейцы оказались такими боевито-неуловимыми Джо, что сумели отбиться от иностранцев, легко открывших в 19 веке Китай и Японию. И тем не менее - получилось как получилось.
Пойдем далее. Какой европейский флот, по логике вещей, должен был стать самым перспективным флотом второй половины 19 века - первой половины 20? Французы, понятное дело, не шмогли, ибо потратили все это время на попытки расколоть Германию (расколовшись в итоге сами - прощай южная Франция). Испанцы распорядились всемирно-исторической победой феодально-абсолютистского строя над буржуазной империей Наполеона, достигнутой массовым героизмом испанского народа, твердой рукой хунт и мудрым руководством короля Фердинада, не лучшим способом, погрязнув в переворотах и выборе между сортами анархо-коммунизма. О Втором рейхе мы знаем, но - где же Италия? Италия - не просто морская нация, она супер-морская нация, в не меньшей степени чем Англия, если не в большей. По крайней мере, с точки зрения прошлого. Молодая, объединенная Италия - наследница славных генуэзцев, венецианцев, пизанцев, сицилийцев - кто как не она должна была показать будущее военно-морского дела? А в итоге? Жалкие поражения от австро-венгерского флота, в Семинедельную и Мировую войны, и не сравнимая ни с чем трепка от англичан во ВМВ - единственная, наверное, комическая часть в этой кровавой истории.
Поэтому, как выясняется, т.н. исторические предпосылки работают по принципу зеркал - они не всегда показывают то, что от них ожидается. В этом смысле, наследники саксов и Ганзы проявили себя несравненно способнее.
В этом смысле пример морской державы Украина и сухопутного государства РФ тоже очень характерен.



Read more... )
watermelon83: (грусть)
- а также Борис, Кирилл, Мелита, Андрей, Николай (не тот) и Эрнест! На отдыхе, в Гессене - 1899 г. Князья, фюрсты и, кажется, греческий принц. Не суть, сейчас нам интересен только император.
Это - золотое время царя Николая. Кажется, после трудного начала правления, все получается. Оказалось, что внешний мир - вещь страшная и непонятная - вполне поддается лепке. Достаточно просто сказать - я так желаю и все получается. После 1905 г. такого уже никогда не будет - ни уверенности в собственных силах, ни уверенности в собственных... слово способности тут не очень подходит - скорее речь пойдет о чем-то вроде возможностей. То что император любил - ушло вместе с революцией 1905 г. и поражением в войне, оставалось лишь тащиться за событиями, инстинктивно пытаясь затормозить их.
Но пока - пока жизнь прекрасна, почему бы не погостить у хорошего друга - кайзера? И даже Александра Федоровна позволяет себе улыбаться, хотя бы иногда.

з.ы. надеюсь мадемуазель Поклонская не обидится. Ей и так трудно дается современный российский кинематограф - и это она еще не смотрела советский, там все еще кощунственнее!
Любопытно, конечно, будет потом ознакомиться с психологическим портретом нашей-ихней няшмяши - как она дошла до жизни такой и чем это было вызвано. Я сейчас не о нарушении присяги 2014 г., с этим как раз очень просто, но о том кто - или что? - заставил молодую и симпатичную женщину превратиться в туповатое озлобленное животное, несущее дикую ересь. Еще одна Мизулина или то чудовище из Буфета Федерации, с мозговым слизнем на голове - зачем?
Быть может, конечно, все это дремало в ней всегда, а потом попросту получило выход, но мне почему-то кажется, что это не так. Там, наверняка, любопытнейший набор факторов - и болезнь резкого взлета, и какие-то комплексы, и, быть может, советы товарищей.
Любопытно, что в свое время околобогемиковская тусовка (соб-но - Лобов, а больше я никого не знаю) делала из нее новую струю в российской политике, чуть ли не первую настоящую русскую во власти. Интересно, продолжается ли эта линия сейчас или им стало неловко?



+ аккуратно - ковер на фоне самодержца! )
watermelon83: (m)
- вторая часть романтической войны 19 века, начавшейся в 1848 г.



К войне
Перемирие, навязанное Германскому союзу англо-русскими посредниками в 1850 г., могло лишь отсрочить неизбежное: шлезвиг-гольштейнский гештальт вопрос необходимо было разрешить. Иного варианта, кроме воссоединения этой части старой империи, населенной преимущественно германцами, с новым союзом, попросту не было - разве, что вся Дания вступила бы в него, в качестве сателлита. Разумеется, в Копенгагене на это смотрели совершенно иначе, полагая что будет достаточно взять и поделить спорные герцогства: в этом случае Шлезвиг, находившийся севернее, присоединялся к Дании в качестве кусочка родины (т.е. терял свою автономию и попросту становился датским), а Гольштейн... тоже оставался при короне, но на прежних правах. Как говорится: и Шлезвиг съесть, и Гольштейн оставить. Германская общественность смотрела на эти намерения с понятным неодобрением: после 1806 г. нельзя было утешаться мыслями, что упомянутые герцогства все равно являются частью Священной Римской империи и управляются немцами. Старая империя тихо умерла, в моде был романтический национализм и прекрасно-грозная музыка Вагнера. Она побуждала германское Отечество к действию, ведь, как известно, немцы - самый музыкальный народ.
Итак, принципиальные разногласия были неразрешимы: маленькая Дания хотела скушать чужое, надеясь, что ее выручит политическая аморфность Германского союза, английский флот или - почему нет? - русские пушки.

Read more... )
watermelon83: (ирония)
- и его участники.

Как я уже когда-то набрасывал... простите! писал, разумеется, писал - речь пойдет о сипаях (и британских войсках), колониальных индийских солдатах, неожиданно для себя обнаруживших, что из местных ландскнехтов они превратились в регулярную армию. Родственники из деревень писали (им) о том, что коммунисты загнали всех в колхозы англичане запрещают сжигать вдов и выдавать замуж девятилетних девочек. А еще, по слухам, новые патроны смазаны коровьим или свиным жиром. А еще британская промышленность подавляла кустарное местное производство, разоряя родителей сипаев. В общем, началось восстание.
Восставшие были довольно жидки по части боев, но зато отлично вырезали как белых колонистов-угнетателей (женщин и детей), так и своих соплеменников. Хотя размах мятежа часто преувеличивается, все же взбунтовалась треть сипайской армии, сумевшая захватить утерявшую к тому времени всякое значение столицу могольской империи Дели. Британцам, контролировавшим порты и 2/3 своих владений, этот мятеж попортил немало крови - слухи о зверствах восставших распространялись по Европе, подмачивая и без того не блестящую, после Крымской кампании, репутацию красных мундиров. И все же, о соотношении сил лучше всего говорят цифры - собранный на скорую руку 5 т. отряд британских и вспомогательных войск осаждал (и взял штурмом) Дели, удерживаемый десятками тысяч профессиональных солдат-сипаев. В честном бою у индийских подонков не было ни малейших шансов. Летучие отряды британских войск быстро усмирили планету обезьян, а то что при этом были допущены отдельные эксцессы - да плевать, плевать. Удивите Индию насилием, как говорится. В общем, корни миролюбия старого фашиста Ганди кроются в сипайских кишках у британских пушек - этот урок был нагляден и понятен.

Интересно другое - данный мятеж в российской и украинской историографии. С российской все понятно, она, видимо, унаследует советскую традицию, с ее угнетенными народами Индии и прочей свистопляской, а вот что с украинской?
Особенно любопытно было бы узнать и точку зрения украинской общественности! С одной стороны, англичане - наши боевые побратимы по Крыму и Атлантическому Пакту, но с другой... с другой стороны - это же прекрасный пример национал-освободительной борьбы! Сипаи, конечно, те еще козаки, а Бахадур-Шах далеко не шляхтич Богдан, но! но! были там и свои герои, и прочие гонты. Не говоря уже о других, менее веселых аналогиях.
Но украинской общественности, к сожалению, нет до истории Индии никакого дела. Не то, чтобы я осуждал ее за это, но все-таки жаль, что мы не имеем возможности узнать всех мнений - это было бы крайне любопытно с точки зрения психологии и даже народного менталитета. Лично я думаю, что большинство поддержало бы сипаев, но это лишь мое предположение.
В этом смысле мне совершенно не интересно мнение россиян - очевидно, что они одобрили бы и восстание каннибалов, будь оно направлено (хотя бы и в далеком прошлом) против текущего идеологического противника. Мнение же украинского населения, поставленного перед выбором между современным союзником и известной схожестью ситуации прошлого, узнать было бы крайне занятно.
Увы, пожалуй, это интересно только мне одному.



+ 7 )
watermelon83: (гиф)
- пост-подборка, хорошо сочетающийся с этим.

Мексика, получившая независимость в ряде бестолково-кровавых войн с далекой испанской метрополией, не получила от освобождения иных благ кроме государственного суверенитета. Не было стабильного правительства, экономического роста и прочих, неизменных спутников того, что называется процветанием. Короче говоря, новое государство то подымалось до империи, то скатывалось до республики.
В это время соседние США, созданные милостью французского короля Людовика, подымались во весь свой исполинский рост регионального гиганта. Доктрина Монро достаточно выпукло обозначила американские претензии, а где защита и покровительство - там и контроль, разумеется благодетельный. В конце-концов, не может же защитник и покровитель быть слабее оберегаемых им стран Северной Америки? Итак, США набирали силу, несостоявшиеся штаты Латинской Америки барахтались в политической грязи. Рано или поздно эти линии должны были скреститься, с известным результатом.
Северные мексиканские территории были крайне слабо заселены, но эта проблема постепенно разрешалась за счет американских (северо-американских) колонистов, прибывающих в новый дом с ружьем и прочим имуществом, навроде негров-рабов.
Умное мексиканское правительство, как и все жалкие слабаки, либеральное за чужой счет, плеснуло в эти тлеющие дровишки немного керосину - и запретило рабство. А следом - и новых колонистов из штатов. При этом (о, конечно), подразумевалось, что наличествующей на местах военной силы будет вполне достаточно, чтобы обуздать возможные мятежи. Техасская осень 1835 г., когда восставшие окружали и, после короткого боя, пленили большую часть мексиканских гарнизонов, стала для великой латинской державы неприятным сюрпризом.
Верховный правитель адмиралъ Мексики собрал несметную рать в несколько тысяч солдат и повел ее в контрнаступление, в самом начале следующего года. На его пути лежал город, известный ныне как Сан-Антонио. В городе был старый форт (католическая миссия) Аламо, построенный для курощения непокорных дикарей. В форте сидело несколько сотен техасских сепаратистов.
Вообще, Аламо мятежники первоначально удерживать вроде бы не собирались, но как это всегда бывает в вольных организациях - покуда шли обсуждения, жизнь сама поставила вопрос ребром: мексиканцы свалились на защитников как снег на голову. Комендант отравил письмо народам мира (точнее американцам мира), пообещав победить или умереть. Мексиканский диктатор сначала хотел решить дело молодецкой атакой, но потом, не успев собрать всех сил, принялся за вопрос обстоятельно, чтобы его солдаты начали отвоевательный поход с убедительной победы. Две недели они обстреливали укрепления, а потом пошли на штурм. Победа - после такой солидной подготовки, - казалось обеспеченной. Но тут мексиканские отряды, шедшие в бой как современные косплееры наполеоновских войн, попали под смертоносный огонь американцев, смешались и началась неразбериха: некоторые части вполне прилично выкосили своих товарищей, паля в белый свет как в копеечку. Ярость простых призывников, с места в карьер оказавшихся в настоящем (и каком) бою, привела к тому, что пленных никто не брал - не щадили и детей. Ворвавшиеся в укрепление солдаты убили всех кого смогли, а чудом уцелевшую полудюжину врагов повесили после боя.
По легенде, среди защитников Аламо был ветеран наполеоновских войн, участвовавший в испанской и русской кампаниях. Точнее, он должен был быть среди них, но, якобы, поставленный перед выбором - остаться вместе с остальными и принять бой или уйти, выбрал второе. А потому что - семья, да и на безнадежные бои, мистер Роуз, в качестве французского солдата, уже насмотрелся достаточно. Трус из Аламо прожил еще добрую четверть века, односложно отвечая на вопрос почему он не остался: ей-Богу, я не собирался умирать!

з.ы. надо будет написать об этой войне, включая большую кампанию 40-х гг. Ближе к лету, я думаю.



Read more... )
watermelon83: (гиф)
- вполне заслуженно была среди победителей 1814 г. Ее репутация, пожалуй, даже выросла со времен неудачной Семилетней войны - как-никак, даже утеряв императорскую корону Тысячелетнего рейха, Вена вновь и вновь поднималась против Бонапарта, иной раз даже в крайне неудачной редакции (1809). Ее политика не была бескорыстной в наивно-романтическом смысле, но таковую политику не вел тогда (и сейчас, и ранее) никто, разве что русский царь Павел (и то, скорее на словах) и своеобразный шведский король. Обоим это не принесло счастья.

Основательность Австрийской империи, выдержавшей страшные удары современной авторитарной машины бонапартизма, внушала если не страх, то уважение своим соседям. В Германском союзе австрийские императоры играли первую скрипку, постепенно становясь неформальными лидерами, оттесняя Пруссию к роли младшего партнера - казалось, что созданный между Семилетней и после наполеоновских войн германский дуализм постепенно подменяется габсбургским проектом Великогерманского рейха, в котором император занял бы позицию немыслимую после Тридцатилетней войны.
Пресса, представляемое ею мнение общественности германских государств, династии союза - все было на стороне Вены. Ослабленная Франция, дружественная Россия, лояльная Пруссия. Будущее казалось обеспеченным, но... мешала слабость, прискорбная внутренняя слабость. Если бы все поданные Вены состояли из австрийских немцев, то нет сомнений, что Габсбурги создали бы свой Второй рейх, но на каждого австрийского немца приходилась куча мала имперских народностей, держать которые вместе уже было непосильной задачей в век наций. Какое-то время противовесом национализму было призрачное легитимистское единство монархов и действительная католическая солидарность подданных императора.
Австрийская армия играючи раздавила итальянские попытки восстать против 1500-летнего господства иностранцев, одним видом заставив макаронников наделать в штаны. Других противников у Вены не было - кроме возможного французского реванша. Но об этом речи пока не было - а австрийские солдаты успели даже поучаствовать в разгроме египетского союзника короля Луи-Филиппа, продемонстрировав растущий престиж Вены. Однако, за блестящим фасадом крылось все большее отставание от требований сегодняшнего дня: национального государства. У Австрии не было русских пространств и масс скрепляющего их народа, ее устойчивость внешним ударам постепенно размывалась под тисками прогресса: железные дороги и пароходы уменьшали расстояния, делая положение центрально-европейской империи намного более угрожающим нежели во времена Евгения Савойского, с их франко-турецкими опасностями.

Собственно говоря, предел великогерманским амбициям положил 1848 г. - революции смели почти всех, кроме Англии, России и Пруссии. Австрия столкнулась с революционной, гражданской и национально-освободительной войной - против "угнетаемых" ею наций, собственных оппозиционеров и даже революционеров. Какое-то время казалось, что здание монархии не выдержит - и это на фоне Пруссии, войско которой абсолютно спокойно (несмотря на жалкую слабость прусского короля и его правительств) подавило собственно прусские беспорядки, а после - и во всей остальной Германии. Конечно, Австрия оставалась Австрией: ее солдаты легко разогнали трусливых чехов, а в Италии и вовсе удивили мир очередной неспособностью этой страны воевать - победы горсти австрийских войск Радецкого, не имевших порой тыла, заслуживают уважения. Дипломатия - и репутация - тоже помогли Вене: русские не только относительно бескорыстно помогли подавить венгерское восстание, но и поддержали Вену в ее наступлении на Пруссию, слишком поздно и нерешительно попытавшейся вновь вернуться к постнаполеоновскому дуализму в германских делах Унижение Ольмюца стало невероятным исходом событий 1848-50-х гг.
Но это счастливое избавление сыграло с Веной дурную шутку: удача - плод заслуг прежних лет - стала восприниматься как нечто само собой разумеющееся, как кавалерия в ковбойских фильмах США, всегда приходящая на выручку в трудный момент. Австрия прекратила прежнюю политику, но не начала вести новой. Восточная война (1853) рассорила Вену и Петербург: русские носорожесть и толстокожесть, конечно же, тоже сыграли свою роль, но именно Вена повела дело на обострение, собрав на русских границах армию и угрожая своему давнему союзнику войной - без какой-либо нужды. Эта глупость, совершенная в самом дурацком (внешне) виде, ради ничего (сомнительной радости заслужить симпатию британской прессы, на час), поставила Вену между франко-русских пушек в войне 1859 г.. Так было покончено с австрийскими позициями в Италии (дело довершила война 1866 г., но это был уже эпилог).
Роль Австрии падала, но она все еще вела себя в Германском союзе так, будто за ней стоял престиж Франца II и Меттерниха, а также монархическая солидарность русских. Между тем, ничего этого не было, а растущая мощь Пруссии лишь на время выхолащивалась неспособностью ее правительств. Как только северо-германское государство возглавил небезызвестный автор тысяч демотиваторов о русском народе, то великодержавная песенка Вены оказалась спета: от нее зависела лишь редакция этого поражения. Австрия могла уступить добровольно, без потери лица - и Бисмарк предлагал этот путь. На него вступили, справедливо разгромив Данию и утерев наглый английский нос в 1864 г., при дипломатической поддержке французов и русских, но потерявшаяся в фантомах австрийская политика все-таки довела дело до войны 1866 г. В ней прусские войска быстро смели с поля боя солдат императора, одержав не столько материально, сколько моральную победу - разница в уровне была очевидна.

И во всех этих перипетиях расплачиваться приходилось простым парням в белой форме, подборку рисунков которых я и выкладываю.

з.ы. пишу в довольно болезненном состоянии, так что заранее прошу простить за возможные опечатки или даже неровность текста - вычитывать его нет никаких сил, оставлю это на будущее. Соб-но говоря, я и написал его из извечного чувства соперничества и вызова: слабо с температурой сформулировать что-то связное? любопытно будет прочитать это завтра (сегодня), на свежую голову.



Read more... )
watermelon83: (pc)
- даже удивительно, что его не было. Ничего, зато я всегда на посту. Мне, как вы знаете, очень нравится делать подборки, наверное даже больше чем вам их читать. *голосом Троя Макклюра* Вы можете помнить меня по таким подборкам как Человек и его шапка, или бабы Карла, или Танк и пароход. А также по многим другим!
Но, мы совершенно упустили случивший двумя месяцами ранее юбилей (216-летие) величайшего полководца в истории, самого великого воителя 19 века и попросту очень, очень, очень хорошего человека - фельдмаршала, графа фон Мольтке! Кроме того, в под катом вы можете увидеть Мольтке в гражданской одежде, б) услышать его голос, записанный с помощью сумрачного германского изобретения в октябре 1889 г.
И, разумеется, мы кратко ознакомимся с биографией героя. Сразу должен сказать, что фельдмаршал прожил 91 год, а потому до конца поста долистают не все. Кроме того, в силу некоторых особенностей месте и времени, в которым жил и трудился Великий Молчальник, мы лишены возможности увидеть его внешность до середины 50-х гг. 19 века, когда ему стукнуло столько же, т.е. до того времени как он вышел в люди, став начальником генерального штаба.

Как и многие великие полководцы (вроде комбата С. Семенченко),фельдмаршал  Мольтке после войны стал депутатом


Read more... )
watermelon83: (гиф)
- лебединая песня Наполеона.

Третий император французов был очень интересной личностью: умной, сильной и даже доброй. Бисмарк, как это ни странно, имевший много общих черт со своим галльским союзником-соперником, как-то высказывался в том смысле, что способности императора часто переоцениваются из-за его сердца. Собственно говоря, французский император был в большей степени немцем нежели французом - в такой же, в какой "великий Наполеон" был итальянцем, а может и поболее. Его, пугающая болтливых галлов, молчаливость, упрямство в достижении целей и миролюбие достаточно сильно выделялись на фоне публики и деятелей Третьей империи. Над фразой императора "Империя - это мир!" принято потешаться, напоминая о его многочисленных войнах, но в ней намного больше правды чем это принято считать: во-первых, империя действительно принесла мир, в первую очередь внутренний, французам; во-вторых все войны Наполеона были достаточно ограниченными по целям, средствам и заканчивались как-только последние становились дороже первых. В-третьих, император, как правило, выступал на бой не в одиночку, а вместе с хорошими друзьями. В этом смысле, навязанная ему Францией война 1870 г. была абсолютно противоречившей его принцип - он должен был сражаться против целой нации, не имея никаких союзников и возвышенных идей, вроде "открытой торговли", "защиты турок" или "итальянской нации".
Но, император отчасти и сам виноват в сложившейся ситуации. Он приучил Францию к победам - умри он, скажем в 1861-62 и его эпоха могла бы считаться блестящей. Уйди он позже, в 1868 г. - попросту великой. Но, увы, этого не случилось и бонапартизм Наполеона Малого (не имевший реально сходства с диктатурой основателя династии) навсегда был замаран катастрофой Седана и Меца.
Почему же Франция требовала войны, успешной войны? В этом была повинны внешнеполитические неудачи 60-х гг., сменившие прежние успехи: Франция проиграла польское восстание, мексиканскую интервенцию, датскую кампанию и австро-прусскую борьбу за рейх. Все это было неприятно, но только в случае Мексики речь шла и о прямой военной неудаче, особенно болезненной для французов, так ревностно отстаивающих свое реноме храбрейших солдат Европы.
Планы Наполеона о создании неких Латиноамериканских Соединенных Штатов разбились о чудовищную неспособность самих латиноамериканцев, погрязших в коррупции, переворотах (патриотических и автократических, разницы, впрочем, никакой не было) и хаосе. Мексика, проигравшая все войны в которых она участвовала, попала под удар англо-франко-испанской интервенции в конце 1861 г. (момент был выбран идеально, учитывая американскую междоусобицу), но если испанцы были слишком бедны и слабы, а англичане умны и осторожны, но французы решились на полномасштабное вторжение, не ограничиваясь защитой собственных финансовых интересов. Десятки тысяч солдат отправились за море, была провозглашена новая империя, для которой из Австрии был сыскан умный и приличный император, но... нет, не вышло. Мексика была обречена на саму же себя, предпочтя десятилетия неэффективного управления и гражданских войн. Французская армия была достаточно велика чтобы убрать с поля боя мексиканцев, но не могла контролировать всей огромной страны. Последовавшая партизанская война, эпидемии и возвращение в большую политику победивших южан США поставили на этой "авантюре" крест. А жаль, жаль - в первую очередь жаль мексиканцев.
Эффект был велик - Наполеон принялся за дело сам и проиграл (читай - без англичан). Французы эвакуировались, лояльных им мексиканцев оставили на растерзание патриотов, новоявленного императора демонстративно расстреляли, как бы показывая доктрину Монро на практике. Это было унизительно и император французский теряет равновесие, принимаясь за безнадежные попытки отыграться. Он повышает ставки, а потому заканчивает в английском изгнании. Увы, увы.



Read more... )
watermelon83: (ирония)
- в Индии и рядом.

Завоевание Индии, начавшееся еще во времена Семилетней войны, растянулось где-то на сотню лет. От славной победы при Плесси в 1757 г. до Сипайского восстания, случившегося сотней лет спустя. В ходе многочисленных войн войска британской Ост-Индской компании покорили субконтинент, продемонстрировав неплохой образец колониальной настойчивости и упорства. Покорение диких, неумных и совершенно варварских туземцев не было легких делом - королевская, республиканская и императорская Франция мешала этому как только могла. Британцев выкашивал климат, болезни, неумеренное обжорство и алкоголизм, а также враги.
Иногда казалось, что очередное мощное индийское (условно, разумеется, по принадлежности к географии, не более - никакой другой Индии не существовало вплоть до 20 века) государство сумеет поставить заслон на пути британского продвижения, но все это был миф, мираж. Все они без исключения пали в силу внутренней слабости - как только умирал сильный правитель начинались внутренние раздоры или попытка разрешить их за счет войны с британцами. Это неизменно заканчивалось приращением к территориям английской Индии. Империя Великих Моголов, Майсур, конфедерация ситхов, простите, Сикхская конфедерация и множество княжеств, правители которых "нанимали" войска индусские англичан, а потом впадали в долги и ничтожество. Венцом, как уже говорилось, этого процесса стало Сипайское восстание, отчетливо продемонстрировавшее с каким адским вулканом приходилось иметь дело колонизаторам.
Собственно говоря, индусов ничуть не жаль, все они грязные подонки, которые подохли бы так или иначе - от голода, своих бесконечных междоусобиц или укуса комара. Тот факт, что перед этим им удалось поработать для цивилизации, немного к ней приобщившись, является самым замечательным в их истории.
Итак, кто у нас на картинках? В первую очередь, разумеется, речь идет об афганцах - в свое время тоже завоевавших часть этого субконтитента (почему бы и нет?) - которые как всегда решительно отстаивали свое право жить в заднице планеты. Нет ни малейших оснований считать этих дикарей и мерзавцев чем-то особенным среди варварских народов, только потому что им удалось потрепать англо-индийского льва за хвост. В итоге, после нескольких войн, Афганистан все-таки вошел в орбиту британской политики, но только лишь как государство вассал. Этой чести - а успех действительно был - уцелеть под колесами британского колониализма афганцы удостоились не столько благодаря своему мужеству, сколько из-за географии: она делала их покорение делом трудным и не особенно выгодным. Тем не менее, из всех региональных врагов королевы они оказались номером один.
Милитаристская теократия сикхов была достаточно эффективным и даже прогрессивным государством, возникшим на развалинах могольской империи. Их первый лидер и создатель государства Сингх вызывал уважение даже у англичан - и не случайно. Это был сильный человек, и если бы его наследник и преемники обладали хотя бы малой долей этих способностей, то еще неизвестно в каких границах сейчас находилась бы Индия. Увы, после его смерти все заверте..., а потом начались войны с компанией, которые сикхи проиграли, продемонстрировав неплохой потенциал.
Наконец, речь пойдет о сипаях, колониальных индийских солдатах, неожиданно для себя обнаруживших, что из местных ландскнехтов они превратились в регулярную армию. Родственники из деревень писали о том, что коммунисты загнали всех в колхозы англичане запрещают сжигать вдов и выдавать замуж девятилетних девочек. А еще, по слухам, новые патроны смазаны коровьим или свиным жиром. А еще британская промышленность подавляла кустарное местное производство, разоряя родителей сипаев. В общем, началось восстание.
Восставшие были довольно жидки по части боев, но зато отлично вырезали как белых колонистов-угнетателей (женщин и детей), так и своих соплеменников. Хотя размах мятежа часто преувеличивается, все же взбунтовалась треть сипайской армии, сумевшей захватить утерявшую к тому времени всякое значение столицу могольской империи Дели. Британцам, контролировавшим порты и 2/3 своих владений, этот мятеж попортил немало крови - слухи о зверствах восставших распространялись по Европе, подмачивая и без того не блестящую после Крымской кампании репутацию красных мундиров. И все же, о соотношении сил лучше всего говорят цифры - собранный на ходу 5 т. отряд британских и вспомогательных войск осаждал (и взял штурмом) Дели, удерживаемый десятками тысяч профессиональных солдат-сипаев. В честном бою у индийских подонков не было ни малейших шансов. Летучие отряды британских войск быстро усмирили планету обезьян, а то что при этом были допущены отдельные эксцессы - да плевать, плевать. Удивите Индию насилием, как говорится. В общем, корни миролюбия старого фашиста Ганди кроются в сипайских кишках у британских пушек - этот урок был нагляден и понятен.
После этого Ост-Индскую компанию ударили по рукам и целый континент перестал быть частным владением, формально перейдя к британской короне. А после создания Второго рейха хитроумный британский премьер Дизраэли потрафил королеве Виктории и чувствам индусов, сделав ее императрицей Индии (чтобы не отставать от Вильгельма I!).

з.ы. пожалуй, цикл о Сипаях или Ост-Индской компании был бы хорошим прибавлением к моей коллекции.




Read more... )
watermelon83: (гиф)
- после победы над Наполеоном прилично сократилась, но без работы не осталась. Избавившись от ненужных теперь немецких наемников(о них вспомнят в Крымскую кампанию, что бы хоть как-то поспевать за французами), британцы могли вернуться к привычной военной стратегии времен старшего Питта: флот выстреливал небольшой британской армией, которая беспрепятственно поражала врага в нужных точках. Особняком стояли кампании в Индии и Афганистане, но там роль масс исполняли туземные войска.
Не испытывая недостатка в опытных солдатах и офицерах, британцы выиграли практически все свои войны первой половины 19 века. Они довершили завоевание Индии, на фоне чего неудачи залихватского продвижения в Афганистан казались досадными происшествиями. Они открыли - пинком ноги - двери в Китай, вышибив дурь из убеждавших себя в собственном превосходстве азиатов. Эти кампании 40-х - 50-х, когда горсти британских войск высаживались на побережье огромной Цинской империи и делали с ней все что угодно (в рамках приличий, разумеется), просто прекрасны и могут повеселить не хуже самых остроумных литературных произведений. Кроме того, они служат вечным плевком в лицо всевозможным гуру всевозможных единоборств и прочей азиатской чепухи - все эти кийя, входившие в практику обучения китайских войск, на деле оказались ничуть не опасными для врага. Боксеры побили каратистов, вы понимаете? И не просто побили, а раздавили, даже не заметив.
Впрочем, в Китае недавно вышел фильм "28 ушуистов", рассказывающий о легендарном отряде рукопашников, остановивших англо-французские отряды под Пекином, во время очередной войны. При этом, если верить авторам фильма, каждый ушуист ударом головы расколол как минимум одно европейское орудие - а некоторые и два. Режиссер, основывающийся на сохранившихся донесениях тогдашних маньчжурских командиров о боях с волосатыми варварами, вкладывает в уста боевого монаха-воина следующие слова: велика Поднебесная, а отступать некуда, позади Запретный город! Есть, впрочем, мнение, что маньчжуры, как всегда заблаговременно ускакавшие с поля боя, оставили китайцев помирать, а донесения писали после приятного времяпрепровождения с опиумом, но это не имеет значения - в конце концов, китайцы были, действительно сражались, а все остальное уже неважно.
Негативным было то, что Лондон привык победам небольших армий, отправленных за сотни км от метрополии - забывая что чем больше времени прошло с окончания наполеоновских войн, тем менее опытными были эти войска. Эта, несвойственная вроде бы англичанам, лихость дорого аукнулась во время Крымской кампании: мало того, что британцы отправили на полуостров абсолютно неопытную армию (опытные солдаты были разбросаны по бесчисленным гарнизонам империи), так еще и оказались неготовы к долгой и упорной борьбе - их войско потеряло наступательные способности уже к середине похода, и Севастопольское дело пришлось заканчивать французам. Умный Бисмарк наверняка сделал свои выводы - мы можем судить об этом по его шутке через 30 лет после окончания Восточной войны: что вы будете делать, если английская армия высадится на севере Германии? я пошлю полицейского и он ее арестует.
Тем не менее, в общем и целом, британские вооруженные силы блестяще выполнили все задачи поставленные перед ними короной. Их поведение в критических ситуациях сделало бы честь лучшим войскам в истории, примеров подобных индийскому сыщется не так много: в охваченной звериным бунтом далекой варварской стране немногочисленные фигурки в красном сумели удержать контроль над ситуацией, а после - и переломить ход событий. Не стоит потешаться над островитянами, это первоклассные бойцы.



Read more... )
watermelon83: (гиф)
- неаполитанская, при маршале и короле Мюрате, и австрийская. В боях 1812-14 гг.

Во что их ни одень — в красное, синее или зеленое - они все равно побегут, меланхолично сказал о своих солдатах неаполитанский король, которому злая судьба вручила бразды правления в революционную и наполеоновскую эпоху. Маршал Мюрат, ставший вместо брата императора королем Неаполя (брат Жозеф получил повышение в Испанию, мы знаем чем это окончилось, он не был Филиппом) полюбил итальянский характер и чувствовал себя в своей тарелке. Веселый, и не злой (но вспыльчивый и иногда жестокий) король тоже пришелся по душе итальянцам, которые оценили и его удаль, и склонность к театральным эффектам.
Мюрату удалось то, чего не выходило у его неосапинатских неаполитанских предшественников и наследников - он сделал из южан неплохую армию. Не первый сорт, нет, но вполне достойную, а иногда и более того. Конечно, они не достигли уровня грозных создателей это средиземноморской Киевской Руси - викингов, но уже и не были посмешищем, как прежде.
В 1813 г. Мюрат, по совету друзей и жены (сестры Бони) переменил дирекцию и сошелся с австрийцами. Это сначала принесло ему успех и профит, но когда он решил сделать это опять и, внезапно, объединить Италию, то несколько полевых сражений с войсками Франца быстренько расставили все точки над ё. Добрый Мюрат немножко покосплеил бегство Наполеона с Эльбы, а потом был убит вчерашними подданными. По моему скромному мнению, он и Ланн - самые милые из всех маршалов злобноватого императора французов.
Чтобы несколько оттенить яркую красоту неаполитанских мундиров, в пост добавлены скромные, но очень стильные австрийцы - одна из самых красивых армий 14-20 веков, по моему скромному мнению (хе-хе).



Read more... )

Profile

watermelon83: (Default)
watermelon83

July 2017

S M T W T F S
      1
2 3 4 5 6 7 8
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Aug. 16th, 2017 09:45 pm
Powered by Dreamwidth Studios