Его боялся даже Бисмарк

[watermelon83]

Культик Александра III занимает в усилиях российской пропаганды довольно скромное, однако стабильное место.

В самом деле, выбирать в XIX веке им особо и не из кого: Александр I формально подходит почти по всем статьям, но в силу близорукости и прекраснодушных мечтаний молодости на образ чугунной чушки вождя совершенно не тянет. Николай Павлович - вот тут да, хоть сейчас вешай [портрет] между Грозным и Сталиным, но... эх! Позорно проиграл главную войну своей эпохи и помер. Про Александра II и говорить нечего, а значит остаются только ходынский эпизод и гатчинский комод (на комоде - бегемот).

Понятно, что выбирают последнего, третьего из Александров. Тут тебе и борьба с кухаркиными детьми (чтобы шибко умных было поменьше), и мелочная цензура, и полицейские игрища (где провокатор на провокаторе), и густо замешанное на борьбе с "жидами, да немцами" славянофильство, поощряемое царем. Всем хорош: никакой войны не проиграл, зато тихо пил и спокойно умер. Бородатый эталон русскости, славянский богатырь - настоящее народное, православное самодержавие.

(На деле же - удушающая эпоха, предопределившая большинство кризисов царствования его жалкого наследника.)

Анна Ивановна Волкова, современница Александра III и одна из первых женщин-издательниц в России, в своем дневнике описывает выходы бесстрашного царя в народ. В отношении заботы о собственной безопасности, гатчинский затворник может дать фору современным правителям России. Рисковать царь-миротворец явно не любил и по-настоящему расслаблялся только где-нибудь в Дании, на родине жены.


24.05.1893

Сегодня ждут государя в Москву. Первопрестольная украшается арками, цветами и флагами. Дома красятся и поновляются с внешней стороны. Околоточные ходят по дворам, осматривают флаги, щупают их прочность, оценивают цвет, добротность, назначают количество флагов, а в случае возражения свирепо смотрят на дворников, которые от страха готовы сами повиснуть на палке, взамен флага, «только не кричи, ваше благородие». По всем главным улицам выбелили все дома и покрасили трубы.

Иллюминацию готовят в Москве опять в большинстве по принуждению полиции, которая ходит по домам и приказывает радоваться, что государь приехал, и показывать эту радость вещественными доказательствами в виде флагов и иллюминации. По всей Курской дороге от Крыма до Москвы осматривают шпалы, рельсы, речки, пруды. На всем протяжении пути стоит войско, несколько полков, которые разбиты по одному солдату по обеим сторонам полотна на небольшом расстоянии друг от друга.

28.06.1894

В понедельник, 13 июня, государь Александр III проехал мимо Москвы на освящение храма на станции Борки по Курско-Харьковской жел. дороге, построенного в память избавления царского семейства от смерти. Очевидцы рассказывают, что по всему полотну железной дороги были расставлены солдаты с заряженными ружьями, направленными на близлежащие дачи. Всем дачникам было приказано не выходить во время проезда государя из своих домов, не отворять окон и балконов, причем было заявлено: в случае непослушания солдаты уполномочены стрелять.

На одной из ближайших станций, занимаемой дачниками по Курской ж. д. близ Москвы, один очевидец рассказывает, что в понедельник 13-го и в среду 15 июня, когда государь проехал обратно, поезд, наполненный пассажирами, отвели на задний путь, заперли окна, двери, завесили шторы и окружили солдатами с заряженными ружьями, направленными на вагоны. Затем по всем вагонам прошел офицер и заявил пассажирам, что кто осмелится отворить окно, в того будут стрелять. Таким образом, т.е. под такой охраной и с такими угрозами, поезд простоял 4 часа.

«У страха глаза велики», русская пословица вполне верная. На фабрике Гужона, которая находится вблизи Курской ж. д., в день проезда государя, рабочие не выпускались в 12 часов дня обедать. Ворота были кругом заперты. Одним словом, приняты были все меры, чтобы людей не было на расстоянии нескольких сажен около полотна ж. д. Окна заперли во всех домах, и никто не смел выходить из домов до тех пор, пока проехал государь.