watermelon83 | Продолжаем

Выходим на третий (пятый) листок о «Песне Льда и Пламени». Как мы уяснили из прошлого нумера, все сколько-нибудь по-настоящему популярные вселенные были написаны какими-то плагиаторами-копипастерами, бесстыдно тянувшими всё из нашего мира в свой. Но мы-то с вами люди порядочные, оригинальные и, если не выдумываем собственных литературных вселенных, то лишь потому, что нам некогда. Однако, если только в качестве примера, то…

…конечно, события должны происходить не на Земле. Нам нужна другая планета, месторасположения которой мы уточнять не будем, потому что, во-первых, избегаем всякого копирования, а во-вторых, тамошние гуманоиды ничего не знают о звёздах, ибо у них там местное Средневековье. Так, стоп — Средние века это же… нет, всё — забыли, проехали, никаких параллелей. Итак, наши гуманоиды с планеты Жопа, они…

…живут в условиях сильной гравитации, поэтому внешне напоминают приземистые танки из мяса, только вместо гусениц у них сотни маленьких щупалец-ножек. То, что можно было бы назвать лицом (десяток глаз, пищевая трубка и волоски), помещается в том месте, где у танка была бы башня. Такие у нас «гуманоиды» — очень оригинально, не так ли?

Идём дальше. Государств или племён у них нет, семей тоже, а размножаются они выпуская огромные кожистые шары-полости, поместиться в которые раз в год вольна любая созревшая особь. Там она и рожает. Разумны ли они? О, да — «поют» друг другу, заключают временные союзы, путешествуя и вместе отбиваясь от плотоядных слиозбергов. В качестве домашних животных — уступка читательницам — выступает нежно-розовое червиё.

Ну как, нравится? По-моему — очень самобытно. Куда больше, чем приводившаяся в каментах «Левая рука Тьмы» Урсулы Ле Гуин. На её планете живут гермафродиты, но у них есть государства, премьеры и министры, а также интриги, предательства и исправительно-трудовые фермы. Свежего в этом довольно мало — в конце концов, у Мартина Реймондовича в финале сходятся две пары инцестников.

Подытожим. Популярные писатели-фантасты и фэнтазеры берут за основу человеческую историю и легенды вовсе не из лени, а потому что они — профессионалы-практики. (Иначе бы не добились успеха.) Вселенные с мясо-танками годятся для рассказа, эпизода, но не более того. Выдумать новый мир принципиально невозможно — можно лишь переодеть старый. И этим занимались все — и сам Профессор, и наш с вами Мартин.

Куда проще выдумать украинский язык, хотя и для этого потребовался целый Генеральный штаб из австрийцев и венгров.

Но придумать тысячелетия истории — это совсем не то же самое, что написать эсперанто. Писатель, даже и самый талантливый, — он ведь не Бог-Создатель. Он повзрослевший ребёнок, в детстве помещавший свои королевства на полу детской комнаты. Там, между шкафом и кроватью, разыгрывались Великие Сражения, рождались Великие Герои и происходили Чудесные Спасения от Коварных Предательств.

И, кстати сказать, каких бы удивительных существ мы с вами ни выдумали — хоть и разумных лошадей с рогами, — они всё равно обречены будут переживать Чувства. Любовь, ненависть, страх, радость, тоску одиночества и горечь предательства. Потому что, если нет, то на кой чёрт они нам нужны?

Поэтому не будем строго судить — и за прорехи в реалиях выдуманного мира тоже. Мы, когда играли в детстве, всегда ведь знали, кто останется в победителях. Но если бы даже какой автор и захотел изобразить равнодушного мастера игры, то где же ему было взять тех кубиков, что выпадают в нашей реальности? Мы и сами-то до сих пор не понимаем, как именно они работают.

(Раньше это знали жрецы, а теперь понимают одни только политологи, но поскольку их никто не слушает, то прогнозы никогда не сбываются.)

Вот.

Вся эта долгая преамбула, выданная мною в трёх частях с каментами, была нужна для того, чтобы оправдать наши последующие доёбы к реалиям Вестероса. И мы доебёмся до белых, до ходоков — но без надутой губы, без снобизма, а запросто, по-свойски, с благодарностью к Мартину за старания. Потому что не будь их, играл бы я годами в замечательные игро-престоловые моды к первому и второму Mount & Blade? Нет, говоря научно — хуй.

Продолжаем

no subject