watermelon83 (![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png)
watermelon83) wrote2015-12-08 05:11 pm
watermelon83) wrote2015-12-08 05:11 pm
Entry tags:
Тристолетняя война
- с участием Англии, Франции, Шотландии и всех-всех-всех (1337-1453). Предыдущая часть саги лежит тут, рядом с французской гордостью.
Автор летописи употребит 50 грамм коньяка как только этот пост уйдет в блог - за победу!
Генрих атакует
Победа при Азенкуре, а в большей степени продолжившаяся война между армяньками и бургиньонами, позволила англичанам опять начать выщипывать хвост у галльского петушка, перышко за перышком. Вялые попытки французов контратаковать были легко отражены - провалилась осада Арфлера, англичане одержали две крупные победы на море, вновь разгромив франко-итальянцев. В этот период казалось, что французы вступают в сражение ровно для того, чтобы проиграть его, с большим или меньшим уроном. Такие битвы как при Вальмоне характеризовали войну не хуже чем прославленный Азенкур или Креси - 5 т. французов были разгромлены 2,4 т. отрядом англичан, причем битва свелась к простому побоищу с преследованием. Французские войска попросту не выдерживали столкновения с англичанами, у них не было ни хорошего руководства, ни мотивации... Генрих внимательно следил за этими событиями из Лондона и готовился к следующему этапу кампании. Король понимал, что больших полевых сражений скорее всего уже не будет и для победы требуется не просто поход-демонстрация, а методичная война, с осадами и взятием под контроль целых областей. Парламент не смог отказать победителю и летом 1417 г. из Англии отплыло хорошо вооруженное 10 т. войско во главе с Генрихом V.
Первой пала Нормандия, захваченная англичанами к концу 1419 г. Генрих был последователен и если начинал осаду, то не снимал ее до победного конца, не смотря ни на что. Впрочем, время было на его стороне - единого французского правительства попросту не существовало, Париж продолжал переходить из рук в руки, а с Бургундией поддерживался нейтралитет. Поэтому если замок или город не брался быстрым ударом, оставалось лишь выждать известный срок, когда у гарнизона заканчивалось продовольствие или вода. К несчастью для жителей, английская профессиональная армия грабила и насиловала во взятых с пылу-жару городах будто она была вовсе и не профессиональная, а самая, что ни на есть массовая, такая, знаете, с институтом комиссаров. Пепел Кана стучит в наши сердца. С другой стороны, эта жестокость позволяла иногда избегать задержек - многие предпочитали сразу сдаться милостивому английскому королю Франции. Генрих, как мы уже писали, шуток не любил и мог повесить метких французских канониров, попавших слишком близко от его священной особы монарха. С другой стороны, как человек приличный, т.е. соблюдающий приличия, от мог пощадить особо вредного мятежника (а именно в этом статусе англичане понимали французов-врагов), доказавшего факт личной схватки с королем в траншее, что делало их равными. С третьей стороны, Генрих по-настоящему хотел стать правителем Франции и как мог пытался наладить мирную жизнь в отвоеванных областях, с немалым успехом.
Почти победа
В это время французы сделали еще одно усилие и возненавидели друг друга еще больше. Чтобы примириться, дофин, за которым стояли арманьяки, пригласил бургундского герцога (и его бургиньонов) на личную встречу. Хотя сам наследник этого не задумывал, вышло так, что арманьякские парасюки не могли ждать и в 1419 г. бургундца изрубили в куски. Тогдашнюю общественность было трудно удивить, но тут уж ахнули все. Т.е. сжигать города или там помирать массово от чумы было еще куда ни шло, но убивать преклонившего голову герцога, пришедшего мирно перетереть за общие дела после десятка лет резни - это уже слишком. К концу года Англия и Бургундия заключили союз, Генрих был объявлен регентом, а действующий дофин недействительным и незаконнорожденным. Король Франции должен был появиться после бракосочетания нового регента с дочкой все еще живого и не менее сумасшедшего короля Карла VII и королевы Изабеллы Баварской. Короче говоря, довольны были все кроме дофина, на которого в двадцать лет свалилась вся эта канифоль. Но Франции везло с дофинами, покуда они не становились королями. В общем, теперь и только теперь, у англичан появился реальный шанс завоевать Францию Францией.
Генрих сыграл веселую свадебку и занял Париж, после чего оставив тещу с ее подмоченной репутацией дома, укатил с молодой женой в Англию, выбивать денег на новый поход. Его войска продолжали занимать новые города и веси, правда процесс восстановления законности был серьезно испорчен негодными скоттами. В 1421 г. из Шотландии на помощь старым союзникам прибыло 6 т. кильтов. Они были атакованы 7 т. отрядом англичан и одержали полную победу, убив брата короля. Как же это произошло? Очень просто - брат Томас, герцог Кларенс, не стал дожидаться подхода всех своих войск и скомандовал вперед! Из 7 т. отряда в бой успела сходить лишь седьмая часть, что и привело к указанному результату. Не очень важная битва стала тем не менее символом, что англичан можно (и нужно) бить в чистом поле.
Но этот бой, конечно же, не мог изменить общего положения дел. Летом Генрих открыл новую кампанию, стремясь добить лже-дофина. Как и раньше, король лично руководил осадами, постепенно вытесняя войска противника на юг. Смешно сказать, но под командованием у него было не более 6-8 т. человек, не считая гарнизонов и временно приходящих на помощь бургундцев. Впрочем, последние так же просили иногда о поддержке, поскольку солдаты дофина предпочитали ударять по ним, а не генриховским воякам. Стратегия старая как мир. Во время такого контрудара, осаждая потерянную его союзниками крепость, король-регент расхворался и принял христианскую смерть. Новым королем Англии и Франции стал его годовалый сын Генрих (VI).
Смерть короля не изменила хода событий, как это часто думают - условные союзники (которые англо-французские) продолжали наступать. Новым регентом англо-французского королевства стал брат покойного короля Джон, герцог Бедфорд, опытный солдат и зрелый государственник, да простится мне за этот термин. Он скрепил союз с Бургундией битвой при Краване в 1423 г. - 12 т. солдат дофина осадили этот контролируемый бургундцами город и были атакованы 4 т. англичан и 2 т. бургиньонов. Несмотря на то, что дофинисты занимали удобную позицию на реке, ваааргх! командовавшего англичанами графа Солсбери, который во всю мочь легких орал всякие пафосные речевки во время форсирования реки, привел к тяжелому поражению. Французам не помогло даже то, что они на треть были шотландцами - разгром был полнейшим, с потерею 3-4 т. человек и бесславным бегством. Союзники расплатились шестью сотнями, но главное заключалось в том, что новый бургундский герцог Филипп, человек, мягко говоря, мрачный и подозрительный, поверил в общее с Лондоном дело. Герцог Бедфорд начал было планировать дальнейшее наступление, но его снова отвлекли. Те самые скотты, что убили Томаса и порушили аглицкую честь, вновь угрожали, заняв крепость с гадким названием Верней, через ё. Шотландцев было аж 6,5 т., а вместе с французами так и вообще 12 т. У герцога Бедфорда имелось 6-9 т. солдат и он горел желанием отомстить за брата и подлость скоттов, которые поклялись не рушить мира коли англичане отпустят их очередного, взятого в плен короля. Англичане отпустили - война продолжилась. Итак, бой должен был стать тяжелым. Так и случилось.
Бедфорд быстро загнал врага и принудил его вступить в сражение. Французы совсем не горели желанием биться супротив страшного врага, но скотты кричали, что пойдут в бой и непременно разобьют подлеца Бедфорда. Правда, первыми ударили все-таки англичане, но шотландцы действительно хотели сражаться и даже начали одолевать не вступив еще в бой - итальянская конница внезапно рассеяла идущих на марше лучников и латники оказались один на один с франко-шотландской линией. Завязался упорный бой, который, впрочем, был таковым лишь в англо-скоттской части - французов достаточно быстро опрокинули и уничтожили, их командир погиб. Шотландцы защищались отчаянно, но после разгрома французов и отражения ломбардской конницы у них не было шанса. Атакованные со всех сторон, они подверглись избиению ибо англичане не знали пощады. Потеряв целую тысячу, англичане перебили почти всех скоттов (6 т.) и около 2 т. французов. Это было посильнее чем Азенкур Генриха.
Опять большая и злая нация обижает маленький и гордый народ гор
На пути к Орлеану
Дальнейшая война свелась к уже известному нам алгоритму - французы не могли, англичане не хотели. Французы не могли побить врага в поле, траншее, под землей и на воде, а англичане, вернее их парламент, не хотели платить за все это. Приходилось повышать налоги во Франции, что приводило к недовольству, бунтам, перелетам в стан дофина, ответным карательным акциям и прочей прозе жизни. Регент сновал между Парижем и Лондоном, распутывая сотни дел. На беду, еще один брат покойного короля Генриха, получив, выгодно женившись, возможность претендовать на Голландию, что привело к распылению ресурсов ибо на нее же претендовал и бургундский герцог Филипп. Разрыва удалось избежать, но проблема отравляла жизнь всем, бургундский герцог обиженно сопел и вообще. Но это вовсе не значит, что война прекратилась. В Бретани более чем 10 т. войско галлов бежало после вылазки шести сотен защитников и каждый год после Вернее дофин терял, в среднем, по десять городов и крепостей. Так что к 1428 г. англичане смогли поставить вопрос об Орлеане, взятие которого открывало дорогу в последние французские области Франции, простите за тавтологию.
Войско англичан и английских французов, под командованием графа Солсбери, подошло к городу осенью и после нескольких удачных частных атак изготовилось к штурму. Он наверняка бы закончился удачно, но решительный и победоносный граф не вовремя высунул голову из наблюдательной башни - французское ядро ударило и железный прут снес англичанину череп. Штурм заменили блокадой, осажденные сожгли предместья и приготовились к осаде. Англичане повели войну по всем правилам, возводя башни и стремясь перекрыть любой доступ к Орлеану. Защитой города руководил БастардБолтонский Орлеанский, граф Дюнуа, полководец когорты Геклена, в том смысле, что он тоже побеждал если не сражался. В начале следующего года произошла знаменитая битва селедок - 1 т. англичан Фастольфа охраняла 300 телег с припасами для осаждающих, в основном едой в виде рыбы. Этот обоз был атакован в чистом поле 4 т. тысячами французов, в число коих, к несчастью, входило 400 скоттов. Командир галлов решил расстрелять импровизированный английский вагенбург из пушек и преспокойно дождаться их капитуляции, но тут шотландцы испортили все дело ринувшись в атаку. Французы прекратили стрельбу и попытались поддержать союзников. Натиск был отражен с огромным уроном, в решающий момент телеги разъехались и Фастольф ударил по оробевшему врагу горсткой своей конницы. Итогом стал полный разгром, с потерей остатков самоуважения и 500 человек супротив ничего.
Рыбный день
Судьба Орлеана казалось уже предрешенной, как над городом засияло солнце, раздалась пение птиц и кваканье жаб, но - я умолкаю до финальной части, которая откроет все тайны и сорвет все покровы.
Автор летописи употребит 50 грамм коньяка как только этот пост уйдет в блог - за победу!
Генрих атакует
Победа при Азенкуре, а в большей степени продолжившаяся война между армяньками и бургиньонами, позволила англичанам опять начать выщипывать хвост у галльского петушка, перышко за перышком. Вялые попытки французов контратаковать были легко отражены - провалилась осада Арфлера, англичане одержали две крупные победы на море, вновь разгромив франко-итальянцев. В этот период казалось, что французы вступают в сражение ровно для того, чтобы проиграть его, с большим или меньшим уроном. Такие битвы как при Вальмоне характеризовали войну не хуже чем прославленный Азенкур или Креси - 5 т. французов были разгромлены 2,4 т. отрядом англичан, причем битва свелась к простому побоищу с преследованием. Французские войска попросту не выдерживали столкновения с англичанами, у них не было ни хорошего руководства, ни мотивации... Генрих внимательно следил за этими событиями из Лондона и готовился к следующему этапу кампании. Король понимал, что больших полевых сражений скорее всего уже не будет и для победы требуется не просто поход-демонстрация, а методичная война, с осадами и взятием под контроль целых областей. Парламент не смог отказать победителю и летом 1417 г. из Англии отплыло хорошо вооруженное 10 т. войско во главе с Генрихом V.
Первой пала Нормандия, захваченная англичанами к концу 1419 г. Генрих был последователен и если начинал осаду, то не снимал ее до победного конца, не смотря ни на что. Впрочем, время было на его стороне - единого французского правительства попросту не существовало, Париж продолжал переходить из рук в руки, а с Бургундией поддерживался нейтралитет. Поэтому если замок или город не брался быстрым ударом, оставалось лишь выждать известный срок, когда у гарнизона заканчивалось продовольствие или вода. К несчастью для жителей, английская профессиональная армия грабила и насиловала во взятых с пылу-жару городах будто она была вовсе и не профессиональная, а самая, что ни на есть массовая, такая, знаете, с институтом комиссаров. Пепел Кана стучит в наши сердца. С другой стороны, эта жестокость позволяла иногда избегать задержек - многие предпочитали сразу сдаться милостивому английскому королю Франции. Генрих, как мы уже писали, шуток не любил и мог повесить метких французских канониров, попавших слишком близко от его священной особы монарха. С другой стороны, как человек приличный, т.е. соблюдающий приличия, от мог пощадить особо вредного мятежника (а именно в этом статусе англичане понимали французов-врагов), доказавшего факт личной схватки с королем в траншее, что делало их равными. С третьей стороны, Генрих по-настоящему хотел стать правителем Франции и как мог пытался наладить мирную жизнь в отвоеванных областях, с немалым успехом.
Почти победа
В это время французы сделали еще одно усилие и возненавидели друг друга еще больше. Чтобы примириться, дофин, за которым стояли арманьяки, пригласил бургундского герцога (и его бургиньонов) на личную встречу. Хотя сам наследник этого не задумывал, вышло так, что арманьякские парасюки не могли ждать и в 1419 г. бургундца изрубили в куски. Тогдашнюю общественность было трудно удивить, но тут уж ахнули все. Т.е. сжигать города или там помирать массово от чумы было еще куда ни шло, но убивать преклонившего голову герцога, пришедшего мирно перетереть за общие дела после десятка лет резни - это уже слишком. К концу года Англия и Бургундия заключили союз, Генрих был объявлен регентом, а действующий дофин недействительным и незаконнорожденным. Король Франции должен был появиться после бракосочетания нового регента с дочкой все еще живого и не менее сумасшедшего короля Карла VII и королевы Изабеллы Баварской. Короче говоря, довольны были все кроме дофина, на которого в двадцать лет свалилась вся эта канифоль. Но Франции везло с дофинами, покуда они не становились королями. В общем, теперь и только теперь, у англичан появился реальный шанс завоевать Францию Францией.
Генрих сыграл веселую свадебку и занял Париж, после чего оставив тещу с ее подмоченной репутацией дома, укатил с молодой женой в Англию, выбивать денег на новый поход. Его войска продолжали занимать новые города и веси, правда процесс восстановления законности был серьезно испорчен негодными скоттами. В 1421 г. из Шотландии на помощь старым союзникам прибыло 6 т. кильтов. Они были атакованы 7 т. отрядом англичан и одержали полную победу, убив брата короля. Как же это произошло? Очень просто - брат Томас, герцог Кларенс, не стал дожидаться подхода всех своих войск и скомандовал вперед! Из 7 т. отряда в бой успела сходить лишь седьмая часть, что и привело к указанному результату. Не очень важная битва стала тем не менее символом, что англичан можно (и нужно) бить в чистом поле.
Но этот бой, конечно же, не мог изменить общего положения дел. Летом Генрих открыл новую кампанию, стремясь добить лже-дофина. Как и раньше, король лично руководил осадами, постепенно вытесняя войска противника на юг. Смешно сказать, но под командованием у него было не более 6-8 т. человек, не считая гарнизонов и временно приходящих на помощь бургундцев. Впрочем, последние так же просили иногда о поддержке, поскольку солдаты дофина предпочитали ударять по ним, а не генриховским воякам. Стратегия старая как мир. Во время такого контрудара, осаждая потерянную его союзниками крепость, король-регент расхворался и принял христианскую смерть. Новым королем Англии и Франции стал его годовалый сын Генрих (VI).
Смерть короля не изменила хода событий, как это часто думают - условные союзники (которые англо-французские) продолжали наступать. Новым регентом англо-французского королевства стал брат покойного короля Джон, герцог Бедфорд, опытный солдат и зрелый государственник, да простится мне за этот термин. Он скрепил союз с Бургундией битвой при Краване в 1423 г. - 12 т. солдат дофина осадили этот контролируемый бургундцами город и были атакованы 4 т. англичан и 2 т. бургиньонов. Несмотря на то, что дофинисты занимали удобную позицию на реке, ваааргх! командовавшего англичанами графа Солсбери, который во всю мочь легких орал всякие пафосные речевки во время форсирования реки, привел к тяжелому поражению. Французам не помогло даже то, что они на треть были шотландцами - разгром был полнейшим, с потерею 3-4 т. человек и бесславным бегством. Союзники расплатились шестью сотнями, но главное заключалось в том, что новый бургундский герцог Филипп, человек, мягко говоря, мрачный и подозрительный, поверил в общее с Лондоном дело. Герцог Бедфорд начал было планировать дальнейшее наступление, но его снова отвлекли. Те самые скотты, что убили Томаса и порушили аглицкую честь, вновь угрожали, заняв крепость с гадким названием Верней, через ё. Шотландцев было аж 6,5 т., а вместе с французами так и вообще 12 т. У герцога Бедфорда имелось 6-9 т. солдат и он горел желанием отомстить за брата и подлость скоттов, которые поклялись не рушить мира коли англичане отпустят их очередного, взятого в плен короля. Англичане отпустили - война продолжилась. Итак, бой должен был стать тяжелым. Так и случилось.
Бедфорд быстро загнал врага и принудил его вступить в сражение. Французы совсем не горели желанием биться супротив страшного врага, но скотты кричали, что пойдут в бой и непременно разобьют подлеца Бедфорда. Правда, первыми ударили все-таки англичане, но шотландцы действительно хотели сражаться и даже начали одолевать не вступив еще в бой - итальянская конница внезапно рассеяла идущих на марше лучников и латники оказались один на один с франко-шотландской линией. Завязался упорный бой, который, впрочем, был таковым лишь в англо-скоттской части - французов достаточно быстро опрокинули и уничтожили, их командир погиб. Шотландцы защищались отчаянно, но после разгрома французов и отражения ломбардской конницы у них не было шанса. Атакованные со всех сторон, они подверглись избиению ибо англичане не знали пощады. Потеряв целую тысячу, англичане перебили почти всех скоттов (6 т.) и около 2 т. французов. Это было посильнее чем Азенкур Генриха.
Опять большая и злая нация обижает маленький и гордый народ гор
На пути к Орлеану
Дальнейшая война свелась к уже известному нам алгоритму - французы не могли, англичане не хотели. Французы не могли побить врага в поле, траншее, под землей и на воде, а англичане, вернее их парламент, не хотели платить за все это. Приходилось повышать налоги во Франции, что приводило к недовольству, бунтам, перелетам в стан дофина, ответным карательным акциям и прочей прозе жизни. Регент сновал между Парижем и Лондоном, распутывая сотни дел. На беду, еще один брат покойного короля Генриха, получив, выгодно женившись, возможность претендовать на Голландию, что привело к распылению ресурсов ибо на нее же претендовал и бургундский герцог Филипп. Разрыва удалось избежать, но проблема отравляла жизнь всем, бургундский герцог обиженно сопел и вообще. Но это вовсе не значит, что война прекратилась. В Бретани более чем 10 т. войско галлов бежало после вылазки шести сотен защитников и каждый год после Вернее дофин терял, в среднем, по десять городов и крепостей. Так что к 1428 г. англичане смогли поставить вопрос об Орлеане, взятие которого открывало дорогу в последние французские области Франции, простите за тавтологию.
Войско англичан и английских французов, под командованием графа Солсбери, подошло к городу осенью и после нескольких удачных частных атак изготовилось к штурму. Он наверняка бы закончился удачно, но решительный и победоносный граф не вовремя высунул голову из наблюдательной башни - французское ядро ударило и железный прут снес англичанину череп. Штурм заменили блокадой, осажденные сожгли предместья и приготовились к осаде. Англичане повели войну по всем правилам, возводя башни и стремясь перекрыть любой доступ к Орлеану. Защитой города руководил Бастард
Рыбный день
Судьба Орлеана казалось уже предрешенной, как над городом засияло солнце, раздалась пение птиц и кваканье жаб, но - я умолкаю до финальной части, которая откроет все тайны и сорвет все покровы.
no subject
no subject
Будьзма!
А я уже опустошил бутылку.
Роман, можно вас попросить в будущем растягивать посты, не больше одного в день. А то дичи мало. Разбегается по угодьям.
no subject
впрочем, я думаю шо жизнь в этом плане будет лучшим регулятором
наступит время когда и один пост в 5 дней может случиться
так шо пока есть время - пишу/пощу, нарабатываю базу
придут люди - а тут уже все по полочкам разложено, по порядку
красота
ну, будем
no subject
no subject
no subject
но тут я главный лесничий, так шо скажите ему спасибо за ирландский подход к этому вопросу, хе-хе
no subject
no subject
?
no subject
no subject
Почему коньяка? Автор - франкофил-лягушатник?
no subject
no subject
no subject
же суи ведущий галломан жж
тю э ведущий галломан жж
иль/ель э ведущий галломан жж
no subject
Это не про него фраза что англичане вошли в Париж через дырку в голове бургундского-герцога?
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
Не слышал такой поговорки.
no subject
no subject
no subject
уже почти.
no subject
Laikažudynas 2015-12-10