watermelon83 (![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png)
watermelon83) wrote2021-08-17 10:01 am
watermelon83) wrote2021-08-17 10:01 am
Европа
- в сентябре 1939 г. Французская карта, ВМВ.
Как и всегда - кликабельно.
Если вы думаете, что качество карты - не очень, то значит не видели оригинала, гуляющего по сети. Сфотографированная кем-то в музее, она выглядела не слишком хорошо даже по моим непритязательным меркам любителя сатирических карт. К счастью, наука не стоит на месте и при помощи некоторых программ эту карту удалось привести в более-менее пристойный вид.
Я, конечно, не жду от вас благодарности и всего такого, нет. Где уж там! Все вы проклятая банда симулянтов - с нетерпением ждете "пятничных баб" и прочий ширпотреб, а на исторические материалы плевать хотели. С этим все понятно и никаких иллюзий быть не может.
Обратимся к карте - думаю не стоит напоминать о военно-политической ситуации в первый месяц ВМВ, она достаточно известна. Определенный интерес вызывает вопрос - рисовалась ли она уже после того, как СССР воткнул свой штык Польше в белорусско-украинскую попу, или все-таки до? Судя по каплям крови на серпе, воссоединение братских народов Узбекистана и Белоруссии уже началось.
Отдельная благодарность художнику за точное изображение среднероссийского пейзажа - получилось замечательно. Об остальном - нужно ли говорить? Немецкая каска французу не удалась, если только он не хотел изобразить десантника-парашютиста, что маловероятно. Удивительным образом упущены все возможности с Италией - очевидно, ради политеса. Фашистская кошечка тянется лапками к французским Альпам, а сама глядит на Балканы, но в общем мстительного дуче постарались не злить - кошечку всегда можно переиначить, как "партию войны" в партии фашистов, а вот дуче поди исправь - второго такого нет.
Кстати, об Италии. Колебания Муссолини в 1939-40 гг. тема и сама по себе весьма интересная, но сейчас хочется сказать о другом, об обратном примере, когда фашисты проявили настоящий итальянский характер и повели себя принципиально, -
Недовольство Муссолини «особыми отношениями» между Берлином и Москвой проявилось после начала советско-финской войны: по распоряжению дуче печать развернула пропагандистскую кампанию против СССР, а итальянские вооруженные силы передали финнам три десятка самолетов и сотню тысяч винтовок. Около пяти тысяч итальянцев объявили о желании отправиться в Финляндию для участия в войне против «красных», но фактически до окончания войны на фронт успело прибыть не больше сотни добровольцев.
На столь недружественное поведение Италии Москва ответила статьей в «Правде», живописующей «преступления чернорубашечников» в самых черных красках. Но не меньшее недовольство проявили и в Берлине. После настоятельных просьб немцев не задевать Сталина Муссолини все же свернул пропагандистскую кампанию, однако демонстрировать Гитлеру свое недовольство не перестал: в декабре Чиано произнес в палате речь, наполненную упреками в отношении всех стран, участвующих в разворачивающейся борьбе. Англию и Францию обвинили в срыве итальянского посредничества в последние дни накануне войны, а Германию - в нарушении буквы и духа Антикоминтерновского пакта. Отношения между двумя режимами опустились до нижайшей точки.
В январе 1940 года Муссолини отправил Гитлеру личное послание, в котором, повторяя уже сказанное Чиано, открыто упрекал нацистов в отходе от собственных принципов и «противоестественном» союзе с коммунистами. «Понимаю Ваше стремление избежать войны на два фронта, особенно после того, как не оправдалось предсказание Риббентропа о невмешательстве Великобритании и Франции, - писал Муссолини, - но чтобы избежать его, Вам пришлось заплатить дорогую цену, позволив России без единого выстрела извлечь наибольшую выгоду при разделе Польши и захватить балтийские страны». Муссолини предупреждал, что дальнейшее сближение немцев с коммунистами «будет иметь катастрофические последствия для Италии, в которой единство антибольшевистских настроений является абсолютным и несокрушимым». Фактически, дуче прямо угрожал фюреру развалом Оси. В то же время Чиано по распоряжению Муссолини неофициально предупредил бельгийцев и голландцев о неизбежности германского вторжения.
В феврале в Европу прибыл Самнер Уэллс, помощник государственного секретаря США, попытавшийся найти основу для начала переговоров между западными союзниками и немцами. Муссолини, принявший в Риме американского визитера, сказал ему, что без изменения целей Лондона и Парижа в текущей войне никакое мирное соглашение невозможно: желание союзников восстановить Польшу и Чехословакию в прежних границах, а также вернуть австрийцам независимость осуществимо только после полного военного разгрома Германии.
В начале марта дуче получил изрядно запоздавший ответ Гитлера на свое послание: сталинский Союз, как всегда очень вежливо писал фюрер, в значительной степени отошел от «еврейского интернационализма» прежних лет, а потому не может считаться идеологическим противником фашизма и национал-социализма в той же мере, что и безусловно враждебные западные демократии. Утверждая это, фюрер был не слишком искренен со своим итальянским другом, однако он не сомневался, что в конечном счете Италия все равно вступит в войну на стороне рейха – о чем он прямо заявил в своем письме к Муссолини.
Гитлер не ошибся, но характерно, что дуче, которого обычно принято упрекать в беспринципном оппортунизме, на деле частенько обращался к "идеологическим" или даже "моральным" категориям. Конечно, итальянская аннексия Албании и советское вторжение в Финляндию - это две больших разницы, но очевидно, что в глазах Муссолини выгоды соглашения с СССР не слишком перевешивали опасности усиления "большевистского монстра". Иначе говоря, в Риме были весьма далеки от готовности - продемонстрированной практически всеми участниками ВМВ - ради практической пользы пойти на "союз с дьяволом".
Если все вышесказанное не прибавило вам хоть сколько-нибудь любви к фашистской Италии и лично Бенито Алессандровичу, то у вас нет сердца, ужасный вы человек.
Как и всегда - кликабельно.
Если вы думаете, что качество карты - не очень, то значит не видели оригинала, гуляющего по сети. Сфотографированная кем-то в музее, она выглядела не слишком хорошо даже по моим непритязательным меркам любителя сатирических карт. К счастью, наука не стоит на месте и при помощи некоторых программ эту карту удалось привести в более-менее пристойный вид.
Я, конечно, не жду от вас благодарности и всего такого, нет. Где уж там! Все вы проклятая банда симулянтов - с нетерпением ждете "пятничных баб" и прочий ширпотреб, а на исторические материалы плевать хотели. С этим все понятно и никаких иллюзий быть не может.
Обратимся к карте - думаю не стоит напоминать о военно-политической ситуации в первый месяц ВМВ, она достаточно известна. Определенный интерес вызывает вопрос - рисовалась ли она уже после того, как СССР воткнул свой штык Польше в белорусско-украинскую попу, или все-таки до? Судя по каплям крови на серпе, воссоединение братских народов Узбекистана и Белоруссии уже началось.
Отдельная благодарность художнику за точное изображение среднероссийского пейзажа - получилось замечательно. Об остальном - нужно ли говорить? Немецкая каска французу не удалась, если только он не хотел изобразить десантника-парашютиста, что маловероятно. Удивительным образом упущены все возможности с Италией - очевидно, ради политеса. Фашистская кошечка тянется лапками к французским Альпам, а сама глядит на Балканы, но в общем мстительного дуче постарались не злить - кошечку всегда можно переиначить, как "партию войны" в партии фашистов, а вот дуче поди исправь - второго такого нет.
Кстати, об Италии. Колебания Муссолини в 1939-40 гг. тема и сама по себе весьма интересная, но сейчас хочется сказать о другом, об обратном примере, когда фашисты проявили настоящий итальянский характер и повели себя принципиально, -
Недовольство Муссолини «особыми отношениями» между Берлином и Москвой проявилось после начала советско-финской войны: по распоряжению дуче печать развернула пропагандистскую кампанию против СССР, а итальянские вооруженные силы передали финнам три десятка самолетов и сотню тысяч винтовок. Около пяти тысяч итальянцев объявили о желании отправиться в Финляндию для участия в войне против «красных», но фактически до окончания войны на фронт успело прибыть не больше сотни добровольцев.
На столь недружественное поведение Италии Москва ответила статьей в «Правде», живописующей «преступления чернорубашечников» в самых черных красках. Но не меньшее недовольство проявили и в Берлине. После настоятельных просьб немцев не задевать Сталина Муссолини все же свернул пропагандистскую кампанию, однако демонстрировать Гитлеру свое недовольство не перестал: в декабре Чиано произнес в палате речь, наполненную упреками в отношении всех стран, участвующих в разворачивающейся борьбе. Англию и Францию обвинили в срыве итальянского посредничества в последние дни накануне войны, а Германию - в нарушении буквы и духа Антикоминтерновского пакта. Отношения между двумя режимами опустились до нижайшей точки.
В январе 1940 года Муссолини отправил Гитлеру личное послание, в котором, повторяя уже сказанное Чиано, открыто упрекал нацистов в отходе от собственных принципов и «противоестественном» союзе с коммунистами. «Понимаю Ваше стремление избежать войны на два фронта, особенно после того, как не оправдалось предсказание Риббентропа о невмешательстве Великобритании и Франции, - писал Муссолини, - но чтобы избежать его, Вам пришлось заплатить дорогую цену, позволив России без единого выстрела извлечь наибольшую выгоду при разделе Польши и захватить балтийские страны». Муссолини предупреждал, что дальнейшее сближение немцев с коммунистами «будет иметь катастрофические последствия для Италии, в которой единство антибольшевистских настроений является абсолютным и несокрушимым». Фактически, дуче прямо угрожал фюреру развалом Оси. В то же время Чиано по распоряжению Муссолини неофициально предупредил бельгийцев и голландцев о неизбежности германского вторжения.
В феврале в Европу прибыл Самнер Уэллс, помощник государственного секретаря США, попытавшийся найти основу для начала переговоров между западными союзниками и немцами. Муссолини, принявший в Риме американского визитера, сказал ему, что без изменения целей Лондона и Парижа в текущей войне никакое мирное соглашение невозможно: желание союзников восстановить Польшу и Чехословакию в прежних границах, а также вернуть австрийцам независимость осуществимо только после полного военного разгрома Германии.
В начале марта дуче получил изрядно запоздавший ответ Гитлера на свое послание: сталинский Союз, как всегда очень вежливо писал фюрер, в значительной степени отошел от «еврейского интернационализма» прежних лет, а потому не может считаться идеологическим противником фашизма и национал-социализма в той же мере, что и безусловно враждебные западные демократии. Утверждая это, фюрер был не слишком искренен со своим итальянским другом, однако он не сомневался, что в конечном счете Италия все равно вступит в войну на стороне рейха – о чем он прямо заявил в своем письме к Муссолини.
Гитлер не ошибся, но характерно, что дуче, которого обычно принято упрекать в беспринципном оппортунизме, на деле частенько обращался к "идеологическим" или даже "моральным" категориям. Конечно, итальянская аннексия Албании и советское вторжение в Финляндию - это две больших разницы, но очевидно, что в глазах Муссолини выгоды соглашения с СССР не слишком перевешивали опасности усиления "большевистского монстра". Иначе говоря, в Риме были весьма далеки от готовности - продемонстрированной практически всеми участниками ВМВ - ради практической пользы пойти на "союз с дьяволом".
Если все вышесказанное не прибавило вам хоть сколько-нибудь любви к фашистской Италии и лично Бенито Алессандровичу, то у вас нет сердца, ужасный вы человек.
no subject
no subject
no subject
жаль, не пошло
no subject
Приходит Стаханов к Сталину и приносит коробочку, на которую наклеена контурная карта и вставлены конторские кнопки.
— Нажимаем эти кнопку - взрывается вся Англия, а вот на эту — взрывается вся Франция
— Интэресно, но как же это будэт работать? — спрашивает Сталин.
— А об это пусть подумают инженеры.
no subject
Все трактора из советской деревни при войне подлежали мобилизации и отправке на фронт, а пахали стало быть на бабах. В бой клином их конечно бросить не догадались, но маршал был вообще человеком увлекающимся....
no subject
no subject
no subject
no subject
Шо же до тракторотанков, то для пугания румын они оказались досточно годными, если повар нам не врёт.
no subject
no subject