watermelon83 (![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png)
watermelon83) wrote2026-01-09 11:35 am
watermelon83) wrote2026-01-09 11:35 am
Народ и пряник
Товарищи! Чему учат нас предпоследние иранские события? Предпоследние иранские события учат нас тому, что правительства могут делать с народами разнообразные безобразия практически бесконечно, но ровно до того момента, пока в карманах граждан остаются средства на тазик оливье (блюдо опционально).
Эта возможность наступает не сразу, но по мере достижения уровня обществ Англии времен Карла І и Франции Людовика XVI. Примерно. Иными словами, появления городских масс, с определенным уровнем достатка и образованности. До их появления, впрочем, все еще проще, но мы говорим о современных обществах.
И если этим массам совсем уж не залезать в карман, то можно вертеть ими в любую сторону. Хочешь — строй с ними Римскую империю два нуль, а хочешь — веди за собой в священный поход на поиски святого Грааля Корсуна. Пока правительство живет на свои, пусть и нефтяные — народу все равно.
Уничтожения Израиля, которого никто не видел? Да пожалуйста. Полутотальная война с ненавистными хохлами, которых все, наоборот, видели и знают? Веди нас, отец (ну, не нас, но кого поймаешь) в бой, веди! Но это крайности, а можно ведь просто целую страну заставить говорить, что роса.
Или, вот, как Дональд Фредович: нести бред, выкладывать фекальные ролики, подтираться флагом — никто ничего не скажет. А если скажет, то не сделает. А если сделает, то недостаточно. Но стоит залезть в карман — о! Тут же выпишут из гениев Карпат и потащат к гильотине под крики «Хлеба! Хлеба!»
А морально-этические струны можно рвать сколько угодно — они тревожат только интеллигенцию, узкая прослойка которой всякий раз идет не в ногу с ширнармассами. А как бы ей хотелось идти — она и сама не знает, сомневается. (Не считая национал-либералов, но где их теперь встретишь?)
Поэтому не знаю — перевесит ли третье иранское сословие персидских аграриев или нет, но если бы не инфляция, вам бы по-прежнему говорили: «Вот — Иран, вот — пример! Под санкциями и атаками, но держится, не уступает. Это — народ с многовековой историей, да!»
Пизда.
(c)
Эта возможность наступает не сразу, но по мере достижения уровня обществ Англии времен Карла І и Франции Людовика XVI. Примерно. Иными словами, появления городских масс, с определенным уровнем достатка и образованности. До их появления, впрочем, все еще проще, но мы говорим о современных обществах.
И если этим массам совсем уж не залезать в карман, то можно вертеть ими в любую сторону. Хочешь — строй с ними Римскую империю два нуль, а хочешь — веди за собой в священный поход на поиски святого Грааля Корсуна. Пока правительство живет на свои, пусть и нефтяные — народу все равно.
Уничтожения Израиля, которого никто не видел? Да пожалуйста. Полутотальная война с ненавистными хохлами, которых все, наоборот, видели и знают? Веди нас, отец (ну, не нас, но кого поймаешь) в бой, веди! Но это крайности, а можно ведь просто целую страну заставить говорить, что роса.
Или, вот, как Дональд Фредович: нести бред, выкладывать фекальные ролики, подтираться флагом — никто ничего не скажет. А если скажет, то не сделает. А если сделает, то недостаточно. Но стоит залезть в карман — о! Тут же выпишут из гениев Карпат и потащат к гильотине под крики «Хлеба! Хлеба!»
А морально-этические струны можно рвать сколько угодно — они тревожат только интеллигенцию, узкая прослойка которой всякий раз идет не в ногу с ширнармассами. А как бы ей хотелось идти — она и сама не знает, сомневается. (Не считая национал-либералов, но где их теперь встретишь?)
Поэтому не знаю — перевесит ли третье иранское сословие персидских аграриев или нет, но если бы не инфляция, вам бы по-прежнему говорили: «Вот — Иран, вот — пример! Под санкциями и атаками, но держится, не уступает. Это — народ с многовековой историей, да!»
Пизда.
(c)
no subject
no subject
Мы исходим из той самоочевидной истины, что все люди созданы равными и
наделены их Творцом определенными неотчуждаемыми правами, к числу которых
относятся жизнь, свобода и стремление к счастью. Для обеспечения этих прав
людьми учреждаются правительства, черпающие свои законные полномочия из
согласия управляемых. В случае, если какая-либо форма правительства становится
губительной для самих этих целей, народ имеет право изменить или упразднить ее
и учредить новое правительство, основанное на таких принципах и формах
организации власти, которые, как ему представляется, наилучшим образом
обеспечат людям безопасность и счастье. Разумеется, благоразумие требует, чтобы правительства, установленные с давних пор, не менялись бы под влиянием
несущественных и быстротечных обстоятельств; соответственно, весь опыт
прошлого подтверждает, что люди склонны скорее сносить пороки до тех пор,
пока их можно терпеть, нежели использовать свое право упразднять
правительственные формы, ставшие для них привычными.
————————————————————
Давно сказано.
Счастье иногда (часто) просто понимается неприглядным и нехитрым образом.