watermelon83 (![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png)
watermelon83) wrote2020-02-10 09:01 am
watermelon83) wrote2020-02-10 09:01 am
Entry tags:
1917
- Великий фильм о Великой войне.
Дверь мне запили, блядь!!
Так как текст будет изобиловать спойлерами и, не убоюсь этого слова, сюжетными твистами (лол, кек), так что те, кто еще не определился, мальчик он или девочка, могут ознакомиться с краткой рецензией уважаемого киноведа Тыквы-Горбушкина, -
- Ходил на 1917 - если коротко, то операторская работа хороша, актерская 50 на 50, сюжет - то бишь все, что происходит на экране - ебанина конская.
Остальных - прошу под кат.
В общем-то, писать особенно и нечего: создатели фильма видимо растратили всю энергию на единый-или-как-он-там-называется-кадр - то есть вещь, на которую нормальному человеку в принципе должно быть наплевать, это херня из серии "пройди игру Думер-кукумер без единого убийства за три минуты" - а на диалоги, сюжет и здравый смысл уже ничего не осталось. Фильм прямо-таки создан для клип-мышления современного зрителя-дебила (в этом месте постоянные читатели блога заметно приободрились - мы-то с вами совсем из другого теста, не так ли? черт побери, да мы ржаные сухари, гроза любого пищевода!).
Апрель 1917 года, Западный фронт, БЭС. Молодой Леонардо ди Каприо (буду звать его Леня, как в фильме не запомнил, да и всем плевать) получает приказ явиться в штаб - там его капральскую душу ждет генерал. И еще одного бойца захвати, говорит ему юзернейм из экспедиционных сил. Леня берет с собой приятеля, с хорошо подобранным лицом: и сразу становится понятно, что кинохронику создатели все-таки смотрели, второй солдатик прямо из 1917 года, очень хорошо. Нарекаю его Томми.
Леня и Томми приходят в блиндаж к генералу, там тусклый свет и гранаты, чтоб уж если что-то залетело, то всех сразу, без вариантов. Генерал по-британски пышноус и серьезен: вот, говорит он капралу и рядовому, видите карту? Это Северная Франция, вот Бельгия, там немцы... а вот и нет, немцев там нет, они отступили, но это ловушка, потому что они отступили не просто так, а с Замыслом. Наши летчики летали над новыми немецкими позициями и все сфотографировали: там доты, дзоты, горы оружия (эх, поймут ли сопляки эту горькую отсылку?). Нельзя наступать... тут ткань реальности рвется и начинается собственно аутентичный сюжет (до того, генерал пересказывал капралу реальные события - сокращение линии фронта, немецкая операция "Альберих", в честь хитрого дварфа из тевтонской мифологии).
Мы, говорит генерал, наступление отложили, но два батальона, 1600 человек (это подчеркивается и не раз, именно 1600) полковника Камбербэтча не получили приказа об отмене атаки - они пойдут на смерть и хитрый план Гинденбурга заманить наших солдат на неприступные позиции сработает. А у вас - это к капралу - там брат ротой командует. Спасите-де его и остальных, доставьте приказ. Сами-то мы его передать не можем, у них радиостанция сломалась или вообще ее нет, а самолеты наши только фотографировать и умеют.
Тут в бункере повисло гнетущее молчание, потому что даже крысам было понятно, что подобная завязка сюжета - это полный пиздец, сценарная импотенция и хуита хует. Но генерал не остановился и показал на карте диспозицию: вот наша позиция, вот - в середине оставленной немцами территории - два батальона, вот - северо-восточнее их - новые немецкие укрепления. Так проберитесь же туда и отмените атаку, вот пакет, вот в ящике гранаты, апельсины, берите все что надо и пиздуйте уже.
Солдатики идут по окопам, нам показывают ужасы войны, особенно очевидные на фоне упитанной ряхи Лени. Томми бубнит что идти туда днем - это верная смерть и надо бы ночью, но Леня - бла бла бла брат бла бла бла пойду. Они находят участок фронта откуда удобнее всего перебраться, там сидит британский лейтенант, а может и не лейтенант, он очень устал. Не помню, говорит, который день недели уже, мы тут из окопов не вылазим, охуели уже в край. Лейтенант страшно пиздит, потому что в британской армии ротация таки была и побыв несколько дней на первой линии, солдаты отводились на вторую-третью, а потом и вовсе на пару дней в тыл... но Ужасы Войны.
К слову, этой практики придерживались все армии той войны, кроме российской, где подразделения гнили на передовой и отводились только потеряв определенный процент личного состава - именно поэтому весь 1917 год, после невеликого Февраля, бывшим царским офицерам и новым комиссарам Временного правительства приходилось постоянно уговаривать солдат: одних - идти на фронт, сменять передовые части, а других - те самые передовые части - подождать еще пару дней, пока тех, в тылу, уговорят таки выйти на позиции. Шли бесконечные митинги и т.д.
А пренебрежение этой практикой французами чуть не стоило им мятежа в том же 1917... но продолжаем.
В общем, Томми делает страшное лицо - тут все пристреляно, каждый сука метр, только ползком и до той воронки, а дальше нас сразу убьют. Бойцы из окопчика, вместе с лейтенантом, тоже смотрят на весь план со сдержанным оптимизмом и просят добровольцев-курьеров помирать поближе к британским позициям. Ладно, вылезли, ползут - вот и воронка, в ней трупы, грязь, жижа, бедные солдатики.
Ну, посидели в воронке - что же дальше? А дальше солдатки примыкают штыки к своим винтовкам, вылазят наружу и бодро шагают вперед - в полный, сука, рост. А все почему? А все потому, что зритель - тупица, скотина, школьник - уже и позабыл, что все пристреляно и ужас-ужас-ужас, а фильм - фильм красивого кадра требует.
Доходят они до немецких позиций, с крикам ааа! залетают в них - а там никого! О, говорит Леня или Томми, а немцы-то и правда отступили. Тут примечательно и то, что лейтенант со своими бойцами этого не заметили, и то, что наши герои очевидно собирались с боем пробиваться к своим батальонам, и вообще, еб вашу мать.
Они идут по бункерам, там растяжки, там гранаты, но специальной германской системы - систему подземных переходов они обрушить взрывом могут, а убить или даже поранить бойца - нет. Крыса - так и было задумано Гинденбургом - цепляет леску, граната взрывается, Томми заваливает камнями, Леня его откапывает, вытаскивает из рушащегося бункера и герои идут дальше, прямо мимо артиллерии врага, уничтоженной немцами перед отступлением. Диалоги в процессе этого исполнены Глубокого Антивоенного Смысла - оказывается, Том получил медаль, но сменял ее какому-то французскому офицеру за бутылку шмурдяка. Мы хором подхватываем дальнейшие реплики: но как ты мог? да это просто кусок железа, бро! не только, еще и ткани (смешки в зале)!
Война - это плохо.
Пройдя по лугам, герои находят ферму, между тем в воздухе постоянно летают самолеты, лишний раз напоминая зрителю какое ведро мочи выливается им на голову сюжетом. Тут британские авиаторы сбивают немца - он горит, он падает, он вытаскивается из самолета, он достает кинжал и тыкает им Леню пониже пупа. Леня холодет, Леня умирает (наконец-то, очень раздражающий персонаж-попаданец из 2017), а Томми плачет и набрав полную флягу коровьего молока хочет тащить друга дальше, но тут в кадре появляются начищенные до блеска сапоги. Приготовьтесь, сейчас будет сюжетный поворот неслыханного градуса.
Итак, пробравшиеся через линию окопов друзья, частично в процессе помершие, встречаются в бывшем немецком тылу, на территории, так сказать, фронтира, на разрушенной немцами местности - ну, с кем? правильно, с мотоколонной британской пехоты. Натурально, шесть грузовиков, а впереди, на легковушке, генерал. Да мы тут из Бапома едем, хуй его знает куда, но в общем заплутали немного, садись - подвезем.
По-моему, это гениально - на уровне сюжетов художника Лобанова. Тут даже сказать нечего, всякие придирки вроде: а как они незаметно, в метре от фермы, подкрались к Томми, просто неуместны.
Томми залазит в грузовик, в нем британские солдаты и индус, а может и пакистанец, поди разбери - бородатый, в полевой чалме. Из разговора выясняется, что он служит вместе с остальными, в одном полку, стало быть. Разумеется - ну как иначе? - бородач оказывается самым добрым, внимательным, он желает удачи и т.д., и т.п.
Чуть позже вся эта автоколонна из сновидений кадета Биглера доезжает до разрушенного моста, там их Пути расходятся и Томми, помахав на прощание ручкой, тут же попадает под огонь вражеского стрелка. Почему тот не палил в грузовики? Я, блядь, откуда знаю? Томми убивает засевшего в доме немца - странно, что тот не был прикован - и теряет сознание, так как он получил ранение в часы и наебнулся с лестницы.
Очнувшись, он видит что на дворе ночь, кругом осветительные ракеты и разрушенный город. Снято красиво, не отнять. Томми идет среди развалин, кто-то в него стреляет, что-то горит, кругом пьяные немцы Шредингера - они как бы отступили, но повсюду. Впрочем, ии противника очень слаб: стреляют они как имперские штурмовики из "SW", а гоняются с настойчивостью полиции из "GTA". В подвале дома Томми находит скрывшуюся от эвакуации француженку (такие действительно были) и выполняя квест, поит не ее ребенка коровьим молоком. Видите, не зря все было.
Светает. Он идет дальше, он падает в реку, течение выносит его к запруде, в ней много раздувшихся трупов, а дальше опять зеленый, не тронутый войной лес. В нем сидят британские солдаты и слушают песню. Часовых, понятное дело, нет, да и вообще - это тыл тех самых батальонов, в полном составе телепортировавшихся в середину недооставленных немцами территорий. Блядь, какая же хуйня.
Томми кричит - где полковник, я половник, нет не то - я курьер, остановите наступление, Легион знает о наших планах (отсылка к Fallout), дайте пройти, сука! Дальше начинается та сцена из трейлеров, где солдатики бегут в атаку, а Томми - по полю. Враг все это время утюжит британцев из пушек - ну, в рамках плана по заманиванию на собственные укрепления, мы понимаем.
Ах, да - главное-то забыл! Камера с подчеркнутым бесстыдством показывает нам британских негров из Девоншинского полка. Вот, как бы говорят нам создатели фильма, вот такое мы говно: ничего этого не было и не могло быть, но мы будем крупняком показывать вам негров, потому что иначе нас сожрут в твиторе черви-пидоры. И так-де рискнули - всего одна полусильная женщина на весь фильм, да еще белая. Уж не взыщите - вот вам один негр, вот второй, вон третий побежал. Что, не нравится? Расист!
А в это времяв замке Гинденбурга Томми добегает до бункера полковника, а там - сейчас будете смеяться - там его часовые не пускают. Не пустим, говорят, и все тут - какой приказ, нахуй пошел отсюда, псина! А Томми вырывается, а Томми врывается (часовые не только его не преследуют, но и вовсе исчезают из фильма - на выходе их уже не будет, я специально проследил) - отмените, кричит атаку, вот пакет. И протягивает руку с конвертом.
Полковник К. сперва отказывается - немцы, говорит он, бегут нахуй, ты долбоеб шоле, ничего не отменю, но Томми кричит, что это хитрый план, что засада, что прочитайте генеральского письмо! И К. читает, и К. понимает, и К. отменяет атаку. Иди, говорит, умойся, отдохни там, я не знаю. Томми идет искать брата Лени, находит, отдает ему артефакты из имущества покойного - суровое молчание, скупая слеза, крепкое рукопожатие. На фоне этого - британский полевой лазарет с кучей хирургов и бескрайние поля с травами-муравами, на которые можно не то, что один самолет посадить, а всю британскую авиацию разом.
Конец.
...
Я не буду говорить... а нет, скажу: на фоне "Западный фронт - 1918" (1930), "Тропы славы" (1957), с недавно умершим Кирком Дугласом, или даже "Голубого Макса" (1965) - "1917" выглядит отутюженным "Адмираломъ". Он снят - в смысле этой самой операторской работы, отдельных кадров и пр., и пр. - вполне прилично, но остальное... Его бы иначе подать - перемонтировать чуть-чуть и назвать "Битва за дамбу Гувера" (2281 год, войска Народной Калифорнийской Республики готовятся вступить в решающее сражение с Легионом Цезаря) - вышло бы еще ничего, а отдельные маразмы всегда можно списать на радиацию.
Смотрится, впрочем, очень быстро, хотя финал предельно скучный и потому кажется затянутым.
Дверь мне запили, блядь!!
Так как текст будет изобиловать спойлерами и, не убоюсь этого слова, сюжетными твистами (лол, кек), так что те, кто еще не определился, мальчик он или девочка, могут ознакомиться с краткой рецензией уважаемого киноведа Тыквы-Горбушкина, -
- Ходил на 1917 - если коротко, то операторская работа хороша, актерская 50 на 50, сюжет - то бишь все, что происходит на экране - ебанина конская.
Остальных - прошу под кат.
В общем-то, писать особенно и нечего: создатели фильма видимо растратили всю энергию на единый-или-как-он-там-называется-кадр - то есть вещь, на которую нормальному человеку в принципе должно быть наплевать, это херня из серии "пройди игру Думер-кукумер без единого убийства за три минуты" - а на диалоги, сюжет и здравый смысл уже ничего не осталось. Фильм прямо-таки создан для клип-мышления современного зрителя-дебила (в этом месте постоянные читатели блога заметно приободрились - мы-то с вами совсем из другого теста, не так ли? черт побери, да мы ржаные сухари, гроза любого пищевода!).
Апрель 1917 года, Западный фронт, БЭС. Молодой Леонардо ди Каприо (буду звать его Леня, как в фильме не запомнил, да и всем плевать) получает приказ явиться в штаб - там его капральскую душу ждет генерал. И еще одного бойца захвати, говорит ему юзернейм из экспедиционных сил. Леня берет с собой приятеля, с хорошо подобранным лицом: и сразу становится понятно, что кинохронику создатели все-таки смотрели, второй солдатик прямо из 1917 года, очень хорошо. Нарекаю его Томми.
Леня и Томми приходят в блиндаж к генералу, там тусклый свет и гранаты, чтоб уж если что-то залетело, то всех сразу, без вариантов. Генерал по-британски пышноус и серьезен: вот, говорит он капралу и рядовому, видите карту? Это Северная Франция, вот Бельгия, там немцы... а вот и нет, немцев там нет, они отступили, но это ловушка, потому что они отступили не просто так, а с Замыслом. Наши летчики летали над новыми немецкими позициями и все сфотографировали: там доты, дзоты, горы оружия (эх, поймут ли сопляки эту горькую отсылку?). Нельзя наступать... тут ткань реальности рвется и начинается собственно аутентичный сюжет (до того, генерал пересказывал капралу реальные события - сокращение линии фронта, немецкая операция "Альберих", в честь хитрого дварфа из тевтонской мифологии).
Мы, говорит генерал, наступление отложили, но два батальона, 1600 человек (это подчеркивается и не раз, именно 1600) полковника Камбербэтча не получили приказа об отмене атаки - они пойдут на смерть и хитрый план Гинденбурга заманить наших солдат на неприступные позиции сработает. А у вас - это к капралу - там брат ротой командует. Спасите-де его и остальных, доставьте приказ. Сами-то мы его передать не можем, у них радиостанция сломалась или вообще ее нет, а самолеты наши только фотографировать и умеют.
Тут в бункере повисло гнетущее молчание, потому что даже крысам было понятно, что подобная завязка сюжета - это полный пиздец, сценарная импотенция и хуита хует. Но генерал не остановился и показал на карте диспозицию: вот наша позиция, вот - в середине оставленной немцами территории - два батальона, вот - северо-восточнее их - новые немецкие укрепления. Так проберитесь же туда и отмените атаку, вот пакет, вот в ящике гранаты, апельсины, берите все что надо и пиздуйте уже.
Солдатики идут по окопам, нам показывают ужасы войны, особенно очевидные на фоне упитанной ряхи Лени. Томми бубнит что идти туда днем - это верная смерть и надо бы ночью, но Леня - бла бла бла брат бла бла бла пойду. Они находят участок фронта откуда удобнее всего перебраться, там сидит британский лейтенант, а может и не лейтенант, он очень устал. Не помню, говорит, который день недели уже, мы тут из окопов не вылазим, охуели уже в край. Лейтенант страшно пиздит, потому что в британской армии ротация таки была и побыв несколько дней на первой линии, солдаты отводились на вторую-третью, а потом и вовсе на пару дней в тыл... но Ужасы Войны.
К слову, этой практики придерживались все армии той войны, кроме российской, где подразделения гнили на передовой и отводились только потеряв определенный процент личного состава - именно поэтому весь 1917 год, после невеликого Февраля, бывшим царским офицерам и новым комиссарам Временного правительства приходилось постоянно уговаривать солдат: одних - идти на фронт, сменять передовые части, а других - те самые передовые части - подождать еще пару дней, пока тех, в тылу, уговорят таки выйти на позиции. Шли бесконечные митинги и т.д.
А пренебрежение этой практикой французами чуть не стоило им мятежа в том же 1917... но продолжаем.
В общем, Томми делает страшное лицо - тут все пристреляно, каждый сука метр, только ползком и до той воронки, а дальше нас сразу убьют. Бойцы из окопчика, вместе с лейтенантом, тоже смотрят на весь план со сдержанным оптимизмом и просят добровольцев-курьеров помирать поближе к британским позициям. Ладно, вылезли, ползут - вот и воронка, в ней трупы, грязь, жижа, бедные солдатики.
Ну, посидели в воронке - что же дальше? А дальше солдатки примыкают штыки к своим винтовкам, вылазят наружу и бодро шагают вперед - в полный, сука, рост. А все почему? А все потому, что зритель - тупица, скотина, школьник - уже и позабыл, что все пристреляно и ужас-ужас-ужас, а фильм - фильм красивого кадра требует.
Доходят они до немецких позиций, с крикам ааа! залетают в них - а там никого! О, говорит Леня или Томми, а немцы-то и правда отступили. Тут примечательно и то, что лейтенант со своими бойцами этого не заметили, и то, что наши герои очевидно собирались с боем пробиваться к своим батальонам, и вообще, еб вашу мать.
Они идут по бункерам, там растяжки, там гранаты, но специальной германской системы - систему подземных переходов они обрушить взрывом могут, а убить или даже поранить бойца - нет. Крыса - так и было задумано Гинденбургом - цепляет леску, граната взрывается, Томми заваливает камнями, Леня его откапывает, вытаскивает из рушащегося бункера и герои идут дальше, прямо мимо артиллерии врага, уничтоженной немцами перед отступлением. Диалоги в процессе этого исполнены Глубокого Антивоенного Смысла - оказывается, Том получил медаль, но сменял ее какому-то французскому офицеру за бутылку шмурдяка. Мы хором подхватываем дальнейшие реплики: но как ты мог? да это просто кусок железа, бро! не только, еще и ткани (смешки в зале)!
Война - это плохо.
Пройдя по лугам, герои находят ферму, между тем в воздухе постоянно летают самолеты, лишний раз напоминая зрителю какое ведро мочи выливается им на голову сюжетом. Тут британские авиаторы сбивают немца - он горит, он падает, он вытаскивается из самолета, он достает кинжал и тыкает им Леню пониже пупа. Леня холодет, Леня умирает (наконец-то, очень раздражающий персонаж-попаданец из 2017), а Томми плачет и набрав полную флягу коровьего молока хочет тащить друга дальше, но тут в кадре появляются начищенные до блеска сапоги. Приготовьтесь, сейчас будет сюжетный поворот неслыханного градуса.
Итак, пробравшиеся через линию окопов друзья, частично в процессе помершие, встречаются в бывшем немецком тылу, на территории, так сказать, фронтира, на разрушенной немцами местности - ну, с кем? правильно, с мотоколонной британской пехоты. Натурально, шесть грузовиков, а впереди, на легковушке, генерал. Да мы тут из Бапома едем, хуй его знает куда, но в общем заплутали немного, садись - подвезем.
По-моему, это гениально - на уровне сюжетов художника Лобанова. Тут даже сказать нечего, всякие придирки вроде: а как они незаметно, в метре от фермы, подкрались к Томми, просто неуместны.
Томми залазит в грузовик, в нем британские солдаты и индус, а может и пакистанец, поди разбери - бородатый, в полевой чалме. Из разговора выясняется, что он служит вместе с остальными, в одном полку, стало быть. Разумеется - ну как иначе? - бородач оказывается самым добрым, внимательным, он желает удачи и т.д., и т.п.
Чуть позже вся эта автоколонна из сновидений кадета Биглера доезжает до разрушенного моста, там их Пути расходятся и Томми, помахав на прощание ручкой, тут же попадает под огонь вражеского стрелка. Почему тот не палил в грузовики? Я, блядь, откуда знаю? Томми убивает засевшего в доме немца - странно, что тот не был прикован - и теряет сознание, так как он получил ранение в часы и наебнулся с лестницы.
Очнувшись, он видит что на дворе ночь, кругом осветительные ракеты и разрушенный город. Снято красиво, не отнять. Томми идет среди развалин, кто-то в него стреляет, что-то горит, кругом пьяные немцы Шредингера - они как бы отступили, но повсюду. Впрочем, ии противника очень слаб: стреляют они как имперские штурмовики из "SW", а гоняются с настойчивостью полиции из "GTA". В подвале дома Томми находит скрывшуюся от эвакуации француженку (такие действительно были) и выполняя квест, поит не ее ребенка коровьим молоком. Видите, не зря все было.
Светает. Он идет дальше, он падает в реку, течение выносит его к запруде, в ней много раздувшихся трупов, а дальше опять зеленый, не тронутый войной лес. В нем сидят британские солдаты и слушают песню. Часовых, понятное дело, нет, да и вообще - это тыл тех самых батальонов, в полном составе телепортировавшихся в середину недооставленных немцами территорий. Блядь, какая же хуйня.
Томми кричит - где полковник, я половник, нет не то - я курьер, остановите наступление, Легион знает о наших планах (отсылка к Fallout), дайте пройти, сука! Дальше начинается та сцена из трейлеров, где солдатики бегут в атаку, а Томми - по полю. Враг все это время утюжит британцев из пушек - ну, в рамках плана по заманиванию на собственные укрепления, мы понимаем.
Ах, да - главное-то забыл! Камера с подчеркнутым бесстыдством показывает нам британских негров из Девоншинского полка. Вот, как бы говорят нам создатели фильма, вот такое мы говно: ничего этого не было и не могло быть, но мы будем крупняком показывать вам негров, потому что иначе нас сожрут в твиторе черви-пидоры. И так-де рискнули - всего одна полусильная женщина на весь фильм, да еще белая. Уж не взыщите - вот вам один негр, вот второй, вон третий побежал. Что, не нравится? Расист!
А в это время
Полковник К. сперва отказывается - немцы, говорит он, бегут нахуй, ты долбоеб шоле, ничего не отменю, но Томми кричит, что это хитрый план, что засада, что прочитайте генеральского письмо! И К. читает, и К. понимает, и К. отменяет атаку. Иди, говорит, умойся, отдохни там, я не знаю. Томми идет искать брата Лени, находит, отдает ему артефакты из имущества покойного - суровое молчание, скупая слеза, крепкое рукопожатие. На фоне этого - британский полевой лазарет с кучей хирургов и бескрайние поля с травами-муравами, на которые можно не то, что один самолет посадить, а всю британскую авиацию разом.
Конец.
...
Я не буду говорить... а нет, скажу: на фоне "Западный фронт - 1918" (1930), "Тропы славы" (1957), с недавно умершим Кирком Дугласом, или даже "Голубого Макса" (1965) - "1917" выглядит отутюженным "Адмираломъ". Он снят - в смысле этой самой операторской работы, отдельных кадров и пр., и пр. - вполне прилично, но остальное... Его бы иначе подать - перемонтировать чуть-чуть и назвать "Битва за дамбу Гувера" (2281 год, войска Народной Калифорнийской Республики готовятся вступить в решающее сражение с Легионом Цезаря) - вышло бы еще ничего, а отдельные маразмы всегда можно списать на радиацию.
Смотрится, впрочем, очень быстро, хотя финал предельно скучный и потому кажется затянутым.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
Page 1 of 2