watermelon83 (![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png)
watermelon83) wrote2025-08-09 12:05 pm
watermelon83) wrote2025-08-09 12:05 pm
Entry tags:
К Аляске
Хамелеон — это хам, желающий получить миллион.
Через правовое поле идёт мировой шериф Ожирелов в позолоченной шинели и со списком Эпштейна в руке. За ним шагает европолицай с натовским решетом, доверху наполненным обещаниями увеличить военный бюджет к 2030-му году.
— Так ты в агрессию, окаянная?! — слышит вдруг Ожирелов. — Ребята-демократы, держи её! После Конца истории кусаться не велено! А!..
Слышен собачий визг. Ожирелов глядит и видит: из склепа мирового вождя Ленина, прыгая на трёх скрепах и оглядываясь, бежит трёхцветная собака. За ней гонится человек в костюме и кепке с надписью «Международное право». Он бежит, нелепо размахивая короткими ручонками, и наконец падает. Остановившись, собака начинает брехать. Собирается большая толпа и один еврей.
— Никак беспорядок, ваше золоторотие!.. — говорит европолицай.
Ожирелов делает полуоборот направо и шагает к сборищу. Около самых ворот склепа, видит он, стоит вышеописанный человек в кепке и, подняв правую руку, показывает толпе окровавленный палец. В этом человеке Ожирелов узнаёт мастера ооновских дел Озабоченного. В центре — сам виновник скандала: белый пёс с синей мордой и красной полосой на спине. В мутных глазах его — выражение готовности отстаивать свои политические укусы.
— Сижу я, ваше высокосвободие, сложа руки, никого не трогаю... — начинает Озабоченный. — Насчёт глобального потепления с зелёной энергетикой, — и вдруг эта подлая ни с того ни с сего за палец. Агрессор! Вы меня извините, нет такого закона, чтоб международные конфликты развязывать. Если каждый будет нападать, то лучше и не жить в XXI веке...
— Гм!.. Олрайт... — говорит Ожирелов строго. — Ок... Чья это собака? Я этого так не оставлю. Как наложу на него бессрочными секторальными санкциями, так он узнает у меня! Я ему покажу лысого орла!.. Брюсселов, — обращается шериф к европолицаю, — узнай чья и составляй первый пакет санкций. А собаку истребить надо. Она, наверное, частично бешеная... Чья собака, спрашиваю?
— Это, кажись, председателя Си, — кричит кто-то из толпы.
— Цзиньпиня? Гм!.. Сними-ка, Брюсселов, с меня пальто... И торговый дисбаланс... ужас как жарко! Должно полагать, перед тарифами... Одного только не понимаю: как она могла тебя укусить? — обращается Ожирелов к Озабоченному. — Такая прекрасная, сильная собачка. Ты, должно быть, сам ей палец в рот пихал — провоцировал. Ты ведь... знаю вас, леваков!
— Он, ваше жёлтомордие, восемь лет Донбасс обстреливал для смеха, а она — не будь дура и тяпни...
— Нет, это не председательская, — глубокомысленно замечает европолицай. — У Си таких нет, у него всё больше персидские коты...
— Я и сам знаю. То скотина дорогая, породистая, а эта — чёрт знает что! Ни уха, ни рыла... чистая крыса.
— А может быть, и Цзиньпиня... — думает вслух европолицай. — Ошейник точно китайский.
— Вестимо, председательская! — говорит экспертный голос из толпы.
— Гм!.. Надень-ка, союзник Брюсселов, на меня пальто... Ты возьми и отведи её к председателю. Скажи, что я нашёл, что золотой мост ей выстроил... И скажи, чтобы следили — она тварь дорогая, характером нежная, а если её каждый агрессором называть начнёт, так долго ли обидеть? А ты, болван, опусти руку — этот палец вообще не должен был быть укушен. Сам виноват!
— Вон, представитель КНР идёт, его спросим... Эй, Пулохоэр! Погляди на собаку... Ваша?
— Выдумал! Этаких у нас с шестидесятых годов не бывало!
— Псина, STOP! — говорит Ожирелов. — Нечего тут долго разговаривать. Предъявить ей ультиматум, вот и всё.
— Это не наша, — продолжает Пулохоэр. — Это председателева младшего брата.
— Братца ихнего, Ким Чен Ыновича? — спрашивает Ожирелов, и жёлтое лицо его заливается улыбкой умиления. — А я и не знал. Так это ихняя собачка? Очень рад. Возьми её... Ничего такая, шустрая — цап за палец, до крови, ха-ха-ха... Ну, чего скалишься? Ррр... Ррр... Сердится, шельма... чмобик эдакий.
Пулохоэр зовёт собаку и идёт с ней к новому миропорядку. Толпа хохочет над Озабоченным.
— Я ещё закрою твою штаб-квартиру! — грозит ему Ожирелов и, запахиваясь в шинель, продолжает свой путь по правовому полю.
(с)
no subject
Система категоризации Живого Журнала посчитала, что вашу запись можно отнести к категории: Животные (https://www.livejournal.com/category/zhivotnye/?utm_source=frank_comment).
Если вы считаете, что система ошиблась — напишите об этом в ответе на этот комментарий. Ваша обратная связь поможет сделать систему точнее.
Фрэнк,
команда ЖЖ.
no subject
каляске четыре калеса и чебурека.
no subject
ты назвал трампа животным, животное?
no subject
no subject
no subject
собачка зачотная
no subject
5-ти лапая борзая.
no subject
no subject
no subject
no subject
https://ru.wikipedia.org/wiki/Марраны (https://ru.wikipedia.org/wiki/Марраны)
Фантастика и фэнтези » Альтернативная история » Андрей Валентинов - Ола
"– Правда, фра Мартин! – радостно подхватила жердь. – Кто дерет с вас безбожные проценты, деньги в рост отдавая? Кто упивается кровью добрых христиан? Кто презирает веру Христову и над таинствами глумится? Кто маврам проклятым первый помощник? Кто-о-о-о?
– Иудеи! Иудеи! – глухо пронеслось над толпой.
*.../
– Правда, фра Мартин! – взвизгнула жердь. – Разве не жарят они лук и чеснок на растительном масле, оттого и воняют гнусно – и они сами, и дома их. Воняют! Воняют! Воняют!…
...
– …Они мерзкие, гадкие, уродливые, похотливые, отвратительные, жестокие! Даже у соседей наших, португальцев, нет в языке слова «жестокий». Говорят они «judeu» – «иудей». Naosejajudeu – жестоким не будь, то есть не будь иудеем! Не будь жидом! Правда, дети мои? Правда?
Зашумело, загудело. Но, странное дело, люди словно очнулись. Переглядываться стали, плечами пожимать. Перемудрил фра Луне. Португальцы кастильцам не указ!
– А еще ведомы они хитростью своей змеиной! – пришел на помощь бас. – Многие, страха ради своего иудейского, согласились принять Завет Христов. Можем ли мы верить им?
И вновь – стихла толпа. Иудеев ругать – дело привычное, да и где встретишь в этой глуши иудея? Но речь сейчас, кажется, не о них.
– Не можем! Не можем! – что есть силы завопила жердь. – Иудей – всегда иудей! Даже если примет он для вида Завет Христов, то в душе иудеем остается, и праздников наших не чтит, и свинину не вкушает, и шаббат свой мерзкий соблюдает. Ведь правда, фра Мартин?
– Правда! – грянул бас. – И не только сами в ереси своей иудейской остаются, но и добрых христиан к тому склоняют. Недаром зовут их «марраны», что означает «проклятые»!
– Марраны – от слов «Марран-атха» – «Господь идет»! – не выдержал сеньор лисенсиат.
Его не услышали – к счастью, конечно. А достойные братья между тем переходили к главному.
– Вы скажете, добрые граждане Касальи, что не ваша это забота, – загремел фра Мартин. – Ибо есть власти светские и духовные, коим такими делами ведать надлежит. К тому же мало в ваших краях тех, о которых речь сегодня идет. Значит, нет для вас в том беды. Так ли это, фра Луне?
– Нет! – пустила петуха жердь. – Ошибаются они, фра Мартин! Ибо зло проникло даже в эти края! Так знайте же, добрые граждане Касальи, что совсем недалеко отсюда, в трех днях пути, совершено страшное дело. Страшное, умом непостижимое! Гнусные иудеи, под личинами христианскими рожи свои жидовские скрывающие, выкрали прямо из церкви ребенка, и пытали его, и бичевали, распяли на кресте, и вырезали сердце! А чтобы не думали вы, что все сие – лишь сплетни, то скажу, что случилось это чуть больше трех месяцев назад на Страстной неделе, в селении, именуемом Ла-Гвардия, и звали того ребенка Хуан Мартиньес, отец же его – тамошний чесальщик шерсти, мать же – блаженная женщина, слепая от рождения…
"
no subject
по поводу картинки. я правильно понял, что гражданин в очечках это тот самых властитель дум некоторых россиян — здесь экспертный голос из толпы — на борьбу с которым вы решили положить если не живот, то по крайней мере еще какие-то части тела?
no subject