watermelon83 (![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png)
watermelon83) wrote2026-05-28 10:01 am
watermelon83) wrote2026-05-28 10:01 am
Поем и пляшем
Вторая мировая война, октябрь 1939 года. Британцы располагаются во Франции, французы переводят дух после блистательного наступления в Сааре. Сорок дивизий выступили на помощь польскому союзнику, сорок дивизий решительно атаковали при поддержке пяти тысяч орудий, сорок дивизий потеряли две тысячи человек — и отступили. Польша опять приказала долго жить, а на Западе началась Странная война.
С одной стороны — союзники и французская Линия Мажино, с другой — немцы и Линия Зигфрида. Мажино — покойный министр обороны, Зигфрид — драконоборец и герой, павший от коварного удара в спину. Сами немцы, впрочем, называли это Западным валом, что, согласимся, куда менее поэтично. У британцев же никакой Линии Беовульфа не было, поэтому они решили поддержать боевой дух союзных армий веселой песенкой.
Так на свет появилось знаменитое «We're Going to Hang out the Washing on the Siegfried Line».
17 октября из Лондона раздался голос Аделаиды Холл, английской певицы американского происхождения. Простенький текст, написанный офицером Британских экспедиционных сил (и, так совпало, одним из самых известных ирландских поэтов-песенников) Джеймсом Кеннеди, был положен на легкую музыку композитора Майкла Карра — и песня сразу же выстрелила.
Обыгрывая line и Line, она выглядела как письмо британского солдата домой из Франции.
Mother dear I'm writing you from somewhere in France,
Hoping to find you well.
Sergeant says I'm doing fine, a soldier and a half,
Here's a song that we all sing, this'll make you laugh.
We're going to hang out the washing on the Siegfried Line,
Have you any dirty washing, mother dear?
We're gonna hang out the washing on the Siegfried Line,
'Cause the washing day is here.
Whether the weather may be wet or fine,
We'll just rub along without a care!
We're going to hang out the washing on the Siegfried Line,
If that Siegfried Line's still there!
Пуалю, изрядно заскучавшим в своих бункерах, окопах и полевых лагерях, шлягер союзника очень понравился. Довольно быстро появилась французская версия — и довольно милая. Окололитературный перевод выглядит так:
Маленький Томми пел эту бодрую песенку по прибытии в лагерь.
Все веселые маленькие «пуалю» выучили припев,
И вскоре весь полк радостно распевал:
Мы пойдем развешивать наше белье на линии Зигфрида.
Для стирки белья — вот настал момент.
Мы пойдем развешивать наше белье на линии Зигфрида,
Наше славное белое белье!
И т. д.
Услышали ли песню немцы? О да, ведь в Третьем рейхе, несмотря на строжайшие запреты, было полным-полно слушателей лондонского и парижского радио. Стирка на Линии Зигфрида стала достаточно известной еще и потому, что использовалась пропагандой как пример английской заносчивости и самонадеянности. В фильме «Победа на Западе», посвященном событиям 1940 года, кадры кинохроники с союзными войсками показаны в сопровождении именно этой песенки, но главным ответом стала пародия, появившаяся вскоре после разгрома Франции и бегства БЭС.
Начиналась она уже знакомыми слушателям словами, прерываемыми звуками налета знаменитого пикирующего бомбардировщика Junkers Ju 87 Stuka. Забавно, что в пародии какой-то перепуганный солдат кричит «Mamma mia!», что итальянскому союзнику Германии могло показаться довольно обидным. После этого начинается немецкий текст:
Да, дружок, слишком уж легко ты себе это представлял —
Этот великий День постирушек на немецком Рейне.
Но даже если ты и наложил полные штаны,
Не надо так уж расстраиваться!
Скоро мы тебя хорошенько намылим,
С головы до пят,
И когда немецкий День стирки закончится,
Приятель, стирка тебе уже больше не понадобится!
Пойте эту песенку с нами — все, кто хочет петь —
Со Второй ротой военных корреспондентов.
До самого Дня стирки, да, до самого Дня стирки,
Спозаранку, в самую божью рань.
Девочка моя, налей еще по одной!
Будем танцевать и пить до дна!
Потому что когда большая стирка закончится,
Я вернусь домой, вернусь домой из-за моря.
Увы, из-за моря пришли совсем другие солдаты, а весной 1945 года на Линию Зигфрида помочился (sic) Уинстон Черчилль.
С одной стороны — союзники и французская Линия Мажино, с другой — немцы и Линия Зигфрида. Мажино — покойный министр обороны, Зигфрид — драконоборец и герой, павший от коварного удара в спину. Сами немцы, впрочем, называли это Западным валом, что, согласимся, куда менее поэтично. У британцев же никакой Линии Беовульфа не было, поэтому они решили поддержать боевой дух союзных армий веселой песенкой.
Так на свет появилось знаменитое «We're Going to Hang out the Washing on the Siegfried Line».
17 октября из Лондона раздался голос Аделаиды Холл, английской певицы американского происхождения. Простенький текст, написанный офицером Британских экспедиционных сил (и, так совпало, одним из самых известных ирландских поэтов-песенников) Джеймсом Кеннеди, был положен на легкую музыку композитора Майкла Карра — и песня сразу же выстрелила.
Обыгрывая line и Line, она выглядела как письмо британского солдата домой из Франции.
Mother dear I'm writing you from somewhere in France,
Hoping to find you well.
Sergeant says I'm doing fine, a soldier and a half,
Here's a song that we all sing, this'll make you laugh.
We're going to hang out the washing on the Siegfried Line,
Have you any dirty washing, mother dear?
We're gonna hang out the washing on the Siegfried Line,
'Cause the washing day is here.
Whether the weather may be wet or fine,
We'll just rub along without a care!
We're going to hang out the washing on the Siegfried Line,
If that Siegfried Line's still there!
Пуалю, изрядно заскучавшим в своих бункерах, окопах и полевых лагерях, шлягер союзника очень понравился. Довольно быстро появилась французская версия — и довольно милая. Окололитературный перевод выглядит так:
Маленький Томми пел эту бодрую песенку по прибытии в лагерь.
Все веселые маленькие «пуалю» выучили припев,
И вскоре весь полк радостно распевал:
Мы пойдем развешивать наше белье на линии Зигфрида.
Для стирки белья — вот настал момент.
Мы пойдем развешивать наше белье на линии Зигфрида,
Наше славное белое белье!
И т. д.
Услышали ли песню немцы? О да, ведь в Третьем рейхе, несмотря на строжайшие запреты, было полным-полно слушателей лондонского и парижского радио. Стирка на Линии Зигфрида стала достаточно известной еще и потому, что использовалась пропагандой как пример английской заносчивости и самонадеянности. В фильме «Победа на Западе», посвященном событиям 1940 года, кадры кинохроники с союзными войсками показаны в сопровождении именно этой песенки, но главным ответом стала пародия, появившаяся вскоре после разгрома Франции и бегства БЭС.
Начиналась она уже знакомыми слушателям словами, прерываемыми звуками налета знаменитого пикирующего бомбардировщика Junkers Ju 87 Stuka. Забавно, что в пародии какой-то перепуганный солдат кричит «Mamma mia!», что итальянскому союзнику Германии могло показаться довольно обидным. После этого начинается немецкий текст:
Да, дружок, слишком уж легко ты себе это представлял —
Этот великий День постирушек на немецком Рейне.
Но даже если ты и наложил полные штаны,
Не надо так уж расстраиваться!
Скоро мы тебя хорошенько намылим,
С головы до пят,
И когда немецкий День стирки закончится,
Приятель, стирка тебе уже больше не понадобится!
Пойте эту песенку с нами — все, кто хочет петь —
Со Второй ротой военных корреспондентов.
До самого Дня стирки, да, до самого Дня стирки,
Спозаранку, в самую божью рань.
Девочка моя, налей еще по одной!
Будем танцевать и пить до дна!
Потому что когда большая стирка закончится,
Я вернусь домой, вернусь домой из-за моря.
Увы, из-за моря пришли совсем другие солдаты, а весной 1945 года на Линию Зигфрида помочился (sic) Уинстон Черчилль.