watermelon83 (![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png)
watermelon83) wrote2014-10-13 09:37 am
watermelon83) wrote2014-10-13 09:37 am
Entry tags:
Императорская чета
- кайзеррайх. Вообще, император Вильгельм Второй, для неискушенного человека, всегда представляется не особо привлекательной личностью, эдаким клоуном-милитаристом, развязавшим в итоге мировую войну. Костюмы, воинственные речи - все это не особенно привлекает.
Действительность, как всегда, намного сложнее. Вильгельм Второй был сложной, но весьма располагающей к себе личностью, недаром вплоть до отречения в 1918 году его популярность - особенно среди женщин и беднейших слоев, была на очень высоком уровне. Это был кайзер мастер-пиара, себя и империи, которую он представлял. Надо отдать ему должное, он сумел стать не прусским королем на германском императорском престоле, а именно германским кайзером. Да и по своему характеру он намного легче сходился с южными и католическими жителями империи. Вилли, в отличие от современного ему Николая, много говорившего о простом народе, но ничего в практическом смысле для него не сделавшем, был не чужд социальных инициатив. Его конфликт с Бисмарком во многом произошел из-за того, что кайзер в известном тогда споре между промышленниками и рабочими, поддержал пролетариат. И социал-демократы, которых он, к слову, терпеть не мог, стали при нем самой сильной партией рабочего класса в мире, что потом сказалось на последствиях его отречения: имущество было выкуплено, социальный мир сохранен, а кайзер закончил не в екатеринбургском подвале, а в своем доме, в Доорне.
Политически, несмотря на риторику, именно кайзер был частью той силы, что постоянно выступала за мир. И - что характерно, таких речей (и действий) было много больше, но в массы ушли спичи вроде "гунн Атиллы" и прочих экспромтов, приведших в итоге к скандалу 1909 года. Посланник президента Вильсона ужаснулся воинственной риторике короля Георга и удивился миролюбию Вильгельма, но первый высказывался в частном порядке, а второй - на публику.
Как личность он был совсем не глуп, вполне профессионально занимался археологией и восточными религиями, написав на эту тему несколько неплохих работ. Да и сам по себе, это был хороший, хотя и довольно эксцентричный человек.
Самое главное ощущение, возникающее после более пристального изучения его биографии: кайзер был намного ближе, современнее нам, ныне живущим, чем многие его современники. У него было чутье, это был динамичный человек. И именно поэтому он понял, что двадцатый век будет веком пиара.
Наш герой в нижнем левом углу, с бабушкой Викторией, королевой и императрицей. Сразу над ним наш Николай с супругой. Выше и чуть левее Николая - Эдвард, сын Виктории и будущий король. Если не ошибаюсь, то мужчина в центре, с остроконечной бородкой и в залихватском котелке это великий князь Сергей Александрович, московский градоначальник, которого в 1905 убьет Каляев. Справа от бабушки еще одна из гессенских принцесс.
Жена и дети.
Кропнпринц с супругой.
Действительность, как всегда, намного сложнее. Вильгельм Второй был сложной, но весьма располагающей к себе личностью, недаром вплоть до отречения в 1918 году его популярность - особенно среди женщин и беднейших слоев, была на очень высоком уровне. Это был кайзер мастер-пиара, себя и империи, которую он представлял. Надо отдать ему должное, он сумел стать не прусским королем на германском императорском престоле, а именно германским кайзером. Да и по своему характеру он намного легче сходился с южными и католическими жителями империи. Вилли, в отличие от современного ему Николая, много говорившего о простом народе, но ничего в практическом смысле для него не сделавшем, был не чужд социальных инициатив. Его конфликт с Бисмарком во многом произошел из-за того, что кайзер в известном тогда споре между промышленниками и рабочими, поддержал пролетариат. И социал-демократы, которых он, к слову, терпеть не мог, стали при нем самой сильной партией рабочего класса в мире, что потом сказалось на последствиях его отречения: имущество было выкуплено, социальный мир сохранен, а кайзер закончил не в екатеринбургском подвале, а в своем доме, в Доорне.
Политически, несмотря на риторику, именно кайзер был частью той силы, что постоянно выступала за мир. И - что характерно, таких речей (и действий) было много больше, но в массы ушли спичи вроде "гунн Атиллы" и прочих экспромтов, приведших в итоге к скандалу 1909 года. Посланник президента Вильсона ужаснулся воинственной риторике короля Георга и удивился миролюбию Вильгельма, но первый высказывался в частном порядке, а второй - на публику.
Как личность он был совсем не глуп, вполне профессионально занимался археологией и восточными религиями, написав на эту тему несколько неплохих работ. Да и сам по себе, это был хороший, хотя и довольно эксцентричный человек.
Самое главное ощущение, возникающее после более пристального изучения его биографии: кайзер был намного ближе, современнее нам, ныне живущим, чем многие его современники. У него было чутье, это был динамичный человек. И именно поэтому он понял, что двадцатый век будет веком пиара.
Наш герой в нижнем левом углу, с бабушкой Викторией, королевой и императрицей. Сразу над ним наш Николай с супругой. Выше и чуть левее Николая - Эдвард, сын Виктории и будущий король. Если не ошибаюсь, то мужчина в центре, с остроконечной бородкой и в залихватском котелке это великий князь Сергей Александрович, московский градоначальник, которого в 1905 убьет Каляев. Справа от бабушки еще одна из гессенских принцесс.
Жена и дети.
Кропнпринц с супругой.
no subject
Кронпринцы и принцессы в детстве были няшными, хоть пости их вмеcто котиков.)
no subject
человек, руку которого лечили ТАК - должен был бы вырасти озлобленным на весь мир мудаком
однако же
Чтоб два раза не вставать
no subject
стараниями некоторых. (Очень жаль, что сами немцыидут на поводу у английской пропагандымало и редко об этом пишут). И вообще именно Вильгельма с его метаниями, исканиями и порывами я считаю ключевой фигурой эпохи рубежа веков – весь «Конец века» (тот, который - «Fin de siècle») в нём отразился как в зеркале. И в этом смысле всё его т.н. «мессианство», которым ему многие современники пеняли, совершенно закономерно и естественно.no subject
Визионерство )
no subject