watermelon83 (![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png)
watermelon83) wrote2016-01-05 11:26 am
watermelon83) wrote2016-01-05 11:26 am
Entry tags:
Зеркальные войны
- олигархи и купцы верхом на галерах против купцов и олигархов на них же! Венециано-генуэзские войны (13-15 века). Хотя я собирался писать о решающей войне 14 века, но все же решил дать общую картину этой долгого противостояния в первой части.
Настоящие стены Венеции
Стороны и причины, по которым они ими стали
Венеция и Генуя были, выражаясь глубоко научным языком, талассократиями, т.е. государствами несколько виртуальными. Республики по названию, олигархии по устройству, они были похожи друг на друга как братья, воспитывавшиеся в разных домах. Венеция, окруженная морем на своих островах, испытывала большее влияние своих мощных сухопутных соседей: Священной Римской империи и королевства Венгрии; Генуя не имела столь же ощутимой естественной преграды, но зато в рассматриваемый период менее опасалась серьезной сухопутной угрозы - Франция, появившаяся в итальянской политике с конца 15 века, не только не угрожала вторжением, но и сама переживала их, как во времена Альбиогийских войн. Венеция вплоть до конца 15 века несла на себе зримый отпечаток вольного города восточно-римской империи Византии, а Генуя, напротив, декларировала верность империи Западной. Наконец, Венеция обладала несравненно более сильным государственным и морским началом, тогда как выросшая из итальянских коммунальных штанов Генуя была и более сухопутной и менее упорядоченной. Венецианская олигархия, возможно, представляла собой наиболее совершенную форму среди себе подобных в истории, мягко совмещая ее с геронтократией. Генуя же была не столько государством (пусть даже и полисного типа), сколько торговой организацией, внутреннее положение в которой зависело от успешности внешних операций. Эти различия делали политику Венеции более устойчивой и последовательной, но лишали ее известной гибкости и скорости. Генуя, возможно, выдыхалась раньше, но точно наносила больше ударов. Венеция жертвовала краткосрочной эффективностью ради стабильности внутреннего устройства, которое тогда отвечало ее требованиям; в Генуе в ходе внутренней борьбы побеждал лучший (сильнейший), но это требовало известного времени и приложения сил.
Причины войн были столь же схожи, сколь и стороны их поведшие. Оба образования не имели желания и возможности проводить сухопутную территориальную экспансию, будучи финансовыми, морскими и торговыми государствами. И Венеция и Генуя поднялись на Крестовых походах, позволивших им оседлать главные торговые артерии между Европой и Азией. И Венеция и Генуя извлекали из этого огромный профит (да! да!), используя дряхлеющую Византийскую империю точно так же, как это впоследствии происходило не раз в истории (с испанской, османской, цинской, etc). И оба государства не выдержали исторического противоречия: их дела могли идти хорошо только в условиях существования слабой Византии и слабых крестоносных государств Ближнего Востока. Но эта слабость не могла быть вечной, она должна была погубить их или прекратиться. Как только, вместе с умершей классической Византией 1205 г., исчез призрачный регулятор между двумя республиками, война стала неизбежностью ибо теперь конфликт мог быть разрешен только простой борьбой сил.
Первые схватки
Главным, хотя и несколько невольным, инициатором и погубителем Византии стали вовсе не турки, как принято считать, а именно венецианцы. Уничтожив ее и заменив на эфемерную Латинскую империю в начале 13 века, дожи заявили претензии на то, чтобы стать главными наследниками почившей империи ромеев. Республика Святого Марка получила в свое расположение почти половину территории поверженной православной империи и использовала ее с умом. Нет, разумеется, венецианцы не были дураками и не собирались всерьез приниматься за управление этими землями, они лишь сняли пенку - заняли важнейшие порты и острова, получили торговые преференции, стремясь к торговой монополии. Генуэзцы, вполне достойно соперничавшие за влияние на восточного императора, внезапно оказались у разбитого корыта - их интересы, все плоды многолетних усилий, были, казалось, утеряны в один миг. Но все было не так просто.
Генуэзцы поставили на фактического правопреемника - Никейскую империю, самое сильное государство из уцелевших осколков Византии. Это, а также полная неспособность Латинской империи к чему бы то ни было, позволило им в значительной степени наверстать упущенное. Генуэзцы начали преобладать в Эгейском и Черном море. После реставрации Византии и возвращения Константинополя в 1261 г. игра пошла опять на равных, причем новая Византийская империя, тень прежней, уже не могла играть регулирующую роль и лишь присоединялась к побеждавшей стороне, излечивая таким образом отравления ядом.
Фактически, боевые действия начались даже раньше. Еще в 1255 г. генуэзцы развязали войну с венецианцами в остававшихся у крестоносцев землях Ближнего Востока. Но, в первую войну у Венеции был козырь, который невозможно было побить - мощный флот, с опытными экипажами и хорошим (единым!) командованием. Имевшие несчастье вступить с ними в морское сражение генуэзцы неизменно проигрывали, с тяжелым уроном. В первом же сражении у берегов Сирии венецианский флот из полусотни галер сразился с таким же по численности флотов врага и, прорвав строй врага, захватил или уничтожил половину генуэзских судов. После 1257 г. эта тенденция продолжилась и все три главных морских сражения той войны Генуя проиграла. Не имея еще умения побеждать в правильной борьбе, генуэзцы прибегли к морской политике слабейшего - рейдерству. Но и тут им не удалось пожать лавров - большой рейд на Адриатику закончился поражением, почти сорок судов было разбито десятком более крупных венецианских галер. В Генуе начались внутренние разборки.
Собственно говоря, война, завершившаяся миром 1270 г., продемонстрировала превосходство венецианского государства, в котором флот снаряжался вполне по современному, за казенный кошт и невозможность эксплуатации всего византийского наследия одной Венецией. Генуэзцы не победили, но и не потеряли приобретенного. Венеция могла поздравить себя с разрушением византийско-генуэзского союза и их намерения изгнать себя с морских путей, но это было вовсе не тем на что надеялись дожи после 1205 г. Строго говоря, несмотря на все неудачи, Генуя вышла из войны с более сильными позициями чем до нее - при всех колебаниях курса восстановленной Византии, на прежнее позиции в ней Венеция претендовать уже никак не могла.
Наши враги венецианцы, губители православия и враги империй
Наши друзья генуэзцы, хранители католичества и помощники императоров
Реванш
Если первая война закончилась достаточно неопределенно, то мир между ними был явно в пользу Генуи. За более чем двадцать лет между первой и второй войнами им удалось сломить конкурирующую Пизу, заручиться поддержкой могущественных соседей и укрепиться в новых восточных колониях, особенно на Черном море. В это же время Венеция пережила серию тяжелых ударов, включающих в себя голод, мятежи собственных колоний на Балканах и неудачную войну с итальянскими соседями. Кроме этого, в конце 13 века мусульмане наконец-то добили оставшиеся города крестоносцев на Ближнем Востоке, выбив у Венеции еще одну опору. В этих условиях вопрос торговых путей Черного и Азовского морей приобретал для нее важнейший характер.
В 1294 г. война началась снаряжением в поход большого венецианского флота. Почти семьдесят галер вышли в море, готовясь к операциям в Крыму. Но в пути их поджидал генуэзский флот, остроумно переиначивший римскую тактику времен Пунических войн. Если римляне принесли в морское дело абордажный, сухопутный бой, то генуэзцы попросту создали из своих судов плавучую крепость, соединив их между собой на манер огромного плота. Как правило, подобная тактика приводит к неудачам, но не в тот день. Венецианский адмирал послал свои суда в атаку и был отбит с огромным уроном - почти половина судов пошла на дно, да и сам он погиб в том бою. Это нельзя было назвать морским сражением в полном смысле этого слова - генуэзцы свободно перемещались на своей монструозной конструкции, а венецианская атака в лоб лишила их врагов всякого преимущества маневра. В сухопутном же бою генуэзцы имели несравненно больший опыт.
Торжествующая Генуя использует захваченную инициативу по максимуму: венецианская эскадра на Босфоре уничтожена, ее представителе в столице Византии арестованы вместе с имуществом республики, ряд портов в Восточном Средиземноморье атакован. Но Венеция не сдается - заключив союз с еще одним наследием злополучного Четвертого крестового похода Трапезундом, она прорывает генуэзскую блокаду у Константинополя и соединив свои силы на Черном море атакует Крым. Генуэзцы теряют Каффу, византийский император вынужден выйти из войны: на пути в Крым венецианская эскадра демонстративно топит все византийские суда, включая личную галеру базилевса. Наконец, венецианцы пускают огонька в генуэзском квартале столицы. В общем, больной скорее жив чем мертв и очень больно лягается.
Но кое-что все-таки изменилось бесповоротно: теперь и у Генуи есть правильный флот, снаряжаемый и направляемый государством. И это сказалось. В 1298 г. произошло главное сражение второй войны, в котором почти сотня венецианских судов была окружена несколько меньшим по численности генуэзским флотом. На этот раз Генуя не повторила ошибки своей соперницы - в дело пошел огонь и скучившиеся венецианцы погибли. Сдалась или пошла ко дну большая часть их галер, только трети удалось спастись. Тысячи моряков погибли, но еще неприятнее был моральный урон - два больших морских поражения подряд делали процедуру венецианского обручения с морем несколько претенциозной. Но именно на этом этапе сказалась устойчивость их внутреннего устройства: паники не случилось, со знаменитого Арсенала продолжали сходить новые галеры. Генуя же банально выдохлась, да и большие усилия, очевидно, были за пределами ее материальных возможностей. Мир заключенный в 1299 г. являл собою подтверждение прежних позиций, что в условиях изначального недовольства ими Венецией, означало ее поражение. Помимо неудачи в колониальной войне, венецианцы сдали своего главного союзника Пизу, отказавшись от ее поддержки. Эта война вознесла Геную на положение почти равное с Венецией.
Долгое ничего и новая война
Пятьдесят лет мира, наступившее после короткой войны, не особенно изменили соотношения сил. Оба государства испытывали давление на свои колонии, как на Востоке, так и у себя под боком. Но если Венеции приходилось тяжелее у себя, то Генуе, контролировавшей Черное море, приходилось отвечать на новые вызовы. В той же пропорции досталось им от пандемии середины 14 века. Принципиально новых причин для войны не было, но, в конце концов, чем плохи старые, особенно после долгого мира? Генуя стартовала внезапным захватов венецианских торговых судов в Крыму и в том же 1350 г. произошло первое сражение - венецианцы ответной атакой захватывают десяток вражеских кораблей в гавани Негропонта, их греческой колонии. Несколько генуэзцев спасаются бегством, чтобы спустя какое-то время вернуться с десятком своих случайно встреченных галер. Теперь уже они атакуют, уничтожая стоящие в Негропонте суда и захватывая сам город. В общем, достаточно комичная перемена позиций. Обе стороны прибегают к военной дипломатии - венецианцы явно успешнее. На их стороне в войну входят Арагон и Византия.
В 1352 г. генуэзский флот вступает в бой с объединенной эскадрой врага у стен Константинополя. Сражение начинают союзники, атакой арагонского флота, чей адмирал отказался слушаться своего венецианского командира. Византийцы лишь меланхолично наблюдали за сражением. Бой шел всю ночь и к утру союзники отступили. Из 64 кораблей Генуи было потеряно 16, союзники утратили 26 судов. Несмотря на тяжелые потери, Генуя извлекла успех из свой пирровой победы - после ухода венецианского и арагонского флотов Византия вышла из войны.
В следующем году Венеция взяла реванш на Черном море - ее эскадра атаковала Трапезунд, принудив его к нейтралитету и захватив генуэзские торговые суда. В том же году Генуя потерпела обидное поражение на своем поле - арагонско-венецианские эскадры разбили ее флот у берегов Сардинии, уничтожив или захватив три десятка галер. Бой опять носил сухопутный характер, на этот раз союзники скрепили суда цепями, не позволив генуэзцам разорвать свой строй. После этого поражения в Генуе опустили руки - дальнейшее сопротивление казалось безнадежным. Торжество союзников вскоре сменилось отчаянием - Генуя нарушила правила игры и подняла ставки. Вместо того, чтобы честно проиграть, Генуя подписала соглашение с миланским герцогством, войдя в него на правах самоуправления и прочей автономии. Это, как вы понимаете, совсем другое дело - вести еще и сухопутную войну немало истощенная Венеция не могла.
Теперь уже генуэзцы перешли в контрнаступление, их эскадра ворвалась в Адриатику и прошлась по владениям Республики Святого Марка. В погоню устремились срочно отозванные со всех направлений венецианские суда, но вскоре охотник сам превратился в добычу. Загнав генуэзскую эскадру на Хиос, венецианский адмирал расположил свой флот в Порто-Лонго и приготовился к зимовке. Экипажи 56 его кораблей чувствовали себя в полной безопасности, так что когда в гавань вошел генуэзский флот из 35 судов это оказалось для них полным сюрпризом. Одни корабли бежали потому что считали сражение проигранным, другие сдались из-за отсутствия на них команды, третьи погибли в безуспешной борьбе. Но итог был один - все они достались врагу, а венецианцы отступили на сушу, потеряв почти 5 т. человек. Битва у Сапиенцы положила конец третьей войне.
Такое поражение, вместе с крайне неудачно складывающейся общей обстановкой, привело к вспышке внутренней борьбы в Венеции, но от худшего ее спасли миланцы. Герцог вовсе не желал таскать для Генуи каштаны из огня и на правах сюзерена предложил вполне сносные условия, сводящиеся все к тому же status quo ante, т.е. довоенному положению, с признанием преобладающей роли республик в соответствующих частях Средиземноморья. Для генуэзцев, подошедших от краю пропасти к полной победе так близко это стало горьким разочарованием. Венеция же могла считать себя дешево отделавшейся. В общем-то, война принесла обеим сторонам лишь разорение. Но последний и решающий этап этой борьбы наступил только через двадцать лет.
Настоящие стены Венеции
Стороны и причины, по которым они ими стали
Венеция и Генуя были, выражаясь глубоко научным языком, талассократиями, т.е. государствами несколько виртуальными. Республики по названию, олигархии по устройству, они были похожи друг на друга как братья, воспитывавшиеся в разных домах. Венеция, окруженная морем на своих островах, испытывала большее влияние своих мощных сухопутных соседей: Священной Римской империи и королевства Венгрии; Генуя не имела столь же ощутимой естественной преграды, но зато в рассматриваемый период менее опасалась серьезной сухопутной угрозы - Франция, появившаяся в итальянской политике с конца 15 века, не только не угрожала вторжением, но и сама переживала их, как во времена Альбиогийских войн. Венеция вплоть до конца 15 века несла на себе зримый отпечаток вольного города восточно-римской империи Византии, а Генуя, напротив, декларировала верность империи Западной. Наконец, Венеция обладала несравненно более сильным государственным и морским началом, тогда как выросшая из итальянских коммунальных штанов Генуя была и более сухопутной и менее упорядоченной. Венецианская олигархия, возможно, представляла собой наиболее совершенную форму среди себе подобных в истории, мягко совмещая ее с геронтократией. Генуя же была не столько государством (пусть даже и полисного типа), сколько торговой организацией, внутреннее положение в которой зависело от успешности внешних операций. Эти различия делали политику Венеции более устойчивой и последовательной, но лишали ее известной гибкости и скорости. Генуя, возможно, выдыхалась раньше, но точно наносила больше ударов. Венеция жертвовала краткосрочной эффективностью ради стабильности внутреннего устройства, которое тогда отвечало ее требованиям; в Генуе в ходе внутренней борьбы побеждал лучший (сильнейший), но это требовало известного времени и приложения сил.
Причины войн были столь же схожи, сколь и стороны их поведшие. Оба образования не имели желания и возможности проводить сухопутную территориальную экспансию, будучи финансовыми, морскими и торговыми государствами. И Венеция и Генуя поднялись на Крестовых походах, позволивших им оседлать главные торговые артерии между Европой и Азией. И Венеция и Генуя извлекали из этого огромный профит (да! да!), используя дряхлеющую Византийскую империю точно так же, как это впоследствии происходило не раз в истории (с испанской, османской, цинской, etc). И оба государства не выдержали исторического противоречия: их дела могли идти хорошо только в условиях существования слабой Византии и слабых крестоносных государств Ближнего Востока. Но эта слабость не могла быть вечной, она должна была погубить их или прекратиться. Как только, вместе с умершей классической Византией 1205 г., исчез призрачный регулятор между двумя республиками, война стала неизбежностью ибо теперь конфликт мог быть разрешен только простой борьбой сил.
Первые схватки
Главным, хотя и несколько невольным, инициатором и погубителем Византии стали вовсе не турки, как принято считать, а именно венецианцы. Уничтожив ее и заменив на эфемерную Латинскую империю в начале 13 века, дожи заявили претензии на то, чтобы стать главными наследниками почившей империи ромеев. Республика Святого Марка получила в свое расположение почти половину территории поверженной православной империи и использовала ее с умом. Нет, разумеется, венецианцы не были дураками и не собирались всерьез приниматься за управление этими землями, они лишь сняли пенку - заняли важнейшие порты и острова, получили торговые преференции, стремясь к торговой монополии. Генуэзцы, вполне достойно соперничавшие за влияние на восточного императора, внезапно оказались у разбитого корыта - их интересы, все плоды многолетних усилий, были, казалось, утеряны в один миг. Но все было не так просто.
Генуэзцы поставили на фактического правопреемника - Никейскую империю, самое сильное государство из уцелевших осколков Византии. Это, а также полная неспособность Латинской империи к чему бы то ни было, позволило им в значительной степени наверстать упущенное. Генуэзцы начали преобладать в Эгейском и Черном море. После реставрации Византии и возвращения Константинополя в 1261 г. игра пошла опять на равных, причем новая Византийская империя, тень прежней, уже не могла играть регулирующую роль и лишь присоединялась к побеждавшей стороне, излечивая таким образом отравления ядом.
Фактически, боевые действия начались даже раньше. Еще в 1255 г. генуэзцы развязали войну с венецианцами в остававшихся у крестоносцев землях Ближнего Востока. Но, в первую войну у Венеции был козырь, который невозможно было побить - мощный флот, с опытными экипажами и хорошим (единым!) командованием. Имевшие несчастье вступить с ними в морское сражение генуэзцы неизменно проигрывали, с тяжелым уроном. В первом же сражении у берегов Сирии венецианский флот из полусотни галер сразился с таким же по численности флотов врага и, прорвав строй врага, захватил или уничтожил половину генуэзских судов. После 1257 г. эта тенденция продолжилась и все три главных морских сражения той войны Генуя проиграла. Не имея еще умения побеждать в правильной борьбе, генуэзцы прибегли к морской политике слабейшего - рейдерству. Но и тут им не удалось пожать лавров - большой рейд на Адриатику закончился поражением, почти сорок судов было разбито десятком более крупных венецианских галер. В Генуе начались внутренние разборки.
Собственно говоря, война, завершившаяся миром 1270 г., продемонстрировала превосходство венецианского государства, в котором флот снаряжался вполне по современному, за казенный кошт и невозможность эксплуатации всего византийского наследия одной Венецией. Генуэзцы не победили, но и не потеряли приобретенного. Венеция могла поздравить себя с разрушением византийско-генуэзского союза и их намерения изгнать себя с морских путей, но это было вовсе не тем на что надеялись дожи после 1205 г. Строго говоря, несмотря на все неудачи, Генуя вышла из войны с более сильными позициями чем до нее - при всех колебаниях курса восстановленной Византии, на прежнее позиции в ней Венеция претендовать уже никак не могла.
Наши враги венецианцы, губители православия и враги империй
Наши друзья генуэзцы, хранители католичества и помощники императоров
Реванш
Если первая война закончилась достаточно неопределенно, то мир между ними был явно в пользу Генуи. За более чем двадцать лет между первой и второй войнами им удалось сломить конкурирующую Пизу, заручиться поддержкой могущественных соседей и укрепиться в новых восточных колониях, особенно на Черном море. В это же время Венеция пережила серию тяжелых ударов, включающих в себя голод, мятежи собственных колоний на Балканах и неудачную войну с итальянскими соседями. Кроме этого, в конце 13 века мусульмане наконец-то добили оставшиеся города крестоносцев на Ближнем Востоке, выбив у Венеции еще одну опору. В этих условиях вопрос торговых путей Черного и Азовского морей приобретал для нее важнейший характер.
В 1294 г. война началась снаряжением в поход большого венецианского флота. Почти семьдесят галер вышли в море, готовясь к операциям в Крыму. Но в пути их поджидал генуэзский флот, остроумно переиначивший римскую тактику времен Пунических войн. Если римляне принесли в морское дело абордажный, сухопутный бой, то генуэзцы попросту создали из своих судов плавучую крепость, соединив их между собой на манер огромного плота. Как правило, подобная тактика приводит к неудачам, но не в тот день. Венецианский адмирал послал свои суда в атаку и был отбит с огромным уроном - почти половина судов пошла на дно, да и сам он погиб в том бою. Это нельзя было назвать морским сражением в полном смысле этого слова - генуэзцы свободно перемещались на своей монструозной конструкции, а венецианская атака в лоб лишила их врагов всякого преимущества маневра. В сухопутном же бою генуэзцы имели несравненно больший опыт.
Торжествующая Генуя использует захваченную инициативу по максимуму: венецианская эскадра на Босфоре уничтожена, ее представителе в столице Византии арестованы вместе с имуществом республики, ряд портов в Восточном Средиземноморье атакован. Но Венеция не сдается - заключив союз с еще одним наследием злополучного Четвертого крестового похода Трапезундом, она прорывает генуэзскую блокаду у Константинополя и соединив свои силы на Черном море атакует Крым. Генуэзцы теряют Каффу, византийский император вынужден выйти из войны: на пути в Крым венецианская эскадра демонстративно топит все византийские суда, включая личную галеру базилевса. Наконец, венецианцы пускают огонька в генуэзском квартале столицы. В общем, больной скорее жив чем мертв и очень больно лягается.
Но кое-что все-таки изменилось бесповоротно: теперь и у Генуи есть правильный флот, снаряжаемый и направляемый государством. И это сказалось. В 1298 г. произошло главное сражение второй войны, в котором почти сотня венецианских судов была окружена несколько меньшим по численности генуэзским флотом. На этот раз Генуя не повторила ошибки своей соперницы - в дело пошел огонь и скучившиеся венецианцы погибли. Сдалась или пошла ко дну большая часть их галер, только трети удалось спастись. Тысячи моряков погибли, но еще неприятнее был моральный урон - два больших морских поражения подряд делали процедуру венецианского обручения с морем несколько претенциозной. Но именно на этом этапе сказалась устойчивость их внутреннего устройства: паники не случилось, со знаменитого Арсенала продолжали сходить новые галеры. Генуя же банально выдохлась, да и большие усилия, очевидно, были за пределами ее материальных возможностей. Мир заключенный в 1299 г. являл собою подтверждение прежних позиций, что в условиях изначального недовольства ими Венецией, означало ее поражение. Помимо неудачи в колониальной войне, венецианцы сдали своего главного союзника Пизу, отказавшись от ее поддержки. Эта война вознесла Геную на положение почти равное с Венецией.
Долгое ничего и новая война
Пятьдесят лет мира, наступившее после короткой войны, не особенно изменили соотношения сил. Оба государства испытывали давление на свои колонии, как на Востоке, так и у себя под боком. Но если Венеции приходилось тяжелее у себя, то Генуе, контролировавшей Черное море, приходилось отвечать на новые вызовы. В той же пропорции досталось им от пандемии середины 14 века. Принципиально новых причин для войны не было, но, в конце концов, чем плохи старые, особенно после долгого мира? Генуя стартовала внезапным захватов венецианских торговых судов в Крыму и в том же 1350 г. произошло первое сражение - венецианцы ответной атакой захватывают десяток вражеских кораблей в гавани Негропонта, их греческой колонии. Несколько генуэзцев спасаются бегством, чтобы спустя какое-то время вернуться с десятком своих случайно встреченных галер. Теперь уже они атакуют, уничтожая стоящие в Негропонте суда и захватывая сам город. В общем, достаточно комичная перемена позиций. Обе стороны прибегают к военной дипломатии - венецианцы явно успешнее. На их стороне в войну входят Арагон и Византия.
В 1352 г. генуэзский флот вступает в бой с объединенной эскадрой врага у стен Константинополя. Сражение начинают союзники, атакой арагонского флота, чей адмирал отказался слушаться своего венецианского командира. Византийцы лишь меланхолично наблюдали за сражением. Бой шел всю ночь и к утру союзники отступили. Из 64 кораблей Генуи было потеряно 16, союзники утратили 26 судов. Несмотря на тяжелые потери, Генуя извлекла успех из свой пирровой победы - после ухода венецианского и арагонского флотов Византия вышла из войны.
В следующем году Венеция взяла реванш на Черном море - ее эскадра атаковала Трапезунд, принудив его к нейтралитету и захватив генуэзские торговые суда. В том же году Генуя потерпела обидное поражение на своем поле - арагонско-венецианские эскадры разбили ее флот у берегов Сардинии, уничтожив или захватив три десятка галер. Бой опять носил сухопутный характер, на этот раз союзники скрепили суда цепями, не позволив генуэзцам разорвать свой строй. После этого поражения в Генуе опустили руки - дальнейшее сопротивление казалось безнадежным. Торжество союзников вскоре сменилось отчаянием - Генуя нарушила правила игры и подняла ставки. Вместо того, чтобы честно проиграть, Генуя подписала соглашение с миланским герцогством, войдя в него на правах самоуправления и прочей автономии. Это, как вы понимаете, совсем другое дело - вести еще и сухопутную войну немало истощенная Венеция не могла.
Теперь уже генуэзцы перешли в контрнаступление, их эскадра ворвалась в Адриатику и прошлась по владениям Республики Святого Марка. В погоню устремились срочно отозванные со всех направлений венецианские суда, но вскоре охотник сам превратился в добычу. Загнав генуэзскую эскадру на Хиос, венецианский адмирал расположил свой флот в Порто-Лонго и приготовился к зимовке. Экипажи 56 его кораблей чувствовали себя в полной безопасности, так что когда в гавань вошел генуэзский флот из 35 судов это оказалось для них полным сюрпризом. Одни корабли бежали потому что считали сражение проигранным, другие сдались из-за отсутствия на них команды, третьи погибли в безуспешной борьбе. Но итог был один - все они достались врагу, а венецианцы отступили на сушу, потеряв почти 5 т. человек. Битва у Сапиенцы положила конец третьей войне.
Такое поражение, вместе с крайне неудачно складывающейся общей обстановкой, привело к вспышке внутренней борьбы в Венеции, но от худшего ее спасли миланцы. Герцог вовсе не желал таскать для Генуи каштаны из огня и на правах сюзерена предложил вполне сносные условия, сводящиеся все к тому же status quo ante, т.е. довоенному положению, с признанием преобладающей роли республик в соответствующих частях Средиземноморья. Для генуэзцев, подошедших от краю пропасти к полной победе так близко это стало горьким разочарованием. Венеция же могла считать себя дешево отделавшейся. В общем-то, война принесла обеим сторонам лишь разорение. Но последний и решающий этап этой борьбы наступил только через двадцать лет.
no subject
no subject
(no subject)
no subject
(no subject)
no subject
В обращении, в частности, говорится:" Сегодня Европа вновь объединилась против России. Финны участвовали в свержении царской монархии, 100 лет назад именно финский спецназ помог большевикам захватить власть в октябре 17-го года. В 40-м году между Финляндией и Советским Союзом произошло уже прямое вооруженное столкновение… из-за действий финнов погибло очень много советских солдат.
…сделайте все, что от вас зависит и обеспечьте нам победу над финнами. Это победа.., которая будет иметь еще и военно-политическое значение".
(с) Обращение ЛДПР к молодежной сборной страны по хоккею, 5.01.2016
no subject
А я говорил суко шо нельзя детям книжки Головочлена давать.
(no subject)
(no subject)
(no subject)
no subject
Лягушатники всё испортили, как всегда, впрочем))
no subject
И арбалеты делали
no subject
Цагра - арбалет описана среди оружия западных варваров еще Анной Коминной. А это конец 11 века. Где уж тут современное то? :-)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
no subject
как большинство средневекового и доиндустриального оружия, ее эффективность зависело от того, в каком Доме находится Меркурий.
no subject
no subject
(no subject)
(no subject)
(no subject)
no subject
no subject
no subject
no subject
(no subject)
(no subject)
no subject
(no subject)
(no subject)
no subject
а генуя вполне самодостаточный народ, кстати золотую орду на русь именно они и натравили из за византийских доходов, известная сделка, кажется так и называлась "генуэзская западня"
no subject
(no subject)
(no subject)
no subject
no subject
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
Зеркальные войны
no subject
no subject
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
(no subject)
no subject
Laikažudynas 2015-01-05
no subject
no subject
прямые параллели ведь...
no subject
за жадность Бог их покарал хуевой футбольной командой.
no subject