watermelon83 (![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png)
watermelon83) wrote2020-06-17 09:27 am
watermelon83) wrote2020-06-17 09:27 am
Entry tags:
Мировая война
- в рисунках французского сапера. Равнины Шампани и леса Аргонна - Западный фронт, 1914 - 1916 гг.
Вступив в Мировую войну с Планом-17, французская армия решительно бросилась в наступление - покуда русские армии будут сокрушать тевтонов на Востоке, надо было успеть разбить их на Западе и переиграть столь неудачные операции лета 1870 г. Иначе говоря, армии предстояло самостоятельно отвоевать Эльзас-Лотарингию и выйти к Рейну, а после того - при благоприятном развитии событий - двинуться дальше. В Париже были настроены решительно - военные даже хотели нарушить бельгийский нейтралитет, но в конечном счете эту идею отложили. В отличие от немцев, положение Франции позволяло не прибегать к таким неудачным с точки зрения политики действиям, а потому французы спокойно выделили для Бельгии отдельную армию, задачей которой было контратаковать германцев. Итак, только наступление, только вперед!
Однако, реальные события 1914 г. чуть было не поставили на всем этом планировании крест. Даже несмотря на по-настоящему масштабную помощь России, итальянский нейтралитет и спешное прибытие английских войск, французской армии пришлось быстро распрощаться с мечтами о быстрой победе. Разбитые в гигантском Приграничном сражении, ее корпуса отступали к Парижу и дело грозилось принять тот же оборот, что и в 1870 г.
Этого не произошло. Французские солдаты не пали духом, но куда важнее было то, что бельгийская армия отвлекала на себя значительную часть войск противника, а Британские экспедиционные силы продолжали оставаться опасностью, размеры которой немцы никак не могли определить, колеблясь от крайне уничижительных, до совершенно преувеличенных оценок. И все это не говоря уже о Восточном фронте, где германскому командованию приходилось буквально жонглировать немногочисленными войсками, в надежде остановить наступление русских. В такой ситуации немцам как никогда требовался ясный ум и сильный характер старого Мольтке. Его племянник, осуществлявший руководство кампанией, заколебался там, где колебаться не стоило.
В конечном счете, каждая немецкая армия начала действовать без всякой оглядки на Генеральный штаб, в котором пессимист Мольтке Младший, изначально не веривший в план своего предшественника, фаталистично ожидал либо чуда, либо крушения. Но и на это его не хватило слишком долго: начав уже громить контратакующих французов в Марнской битве (продолжение которого могло бы и привести французскую армию к моральному крушению), он оказался в положении Наполеона при Ватерлоо - внезапно (sic) на поле боя появились британцы, попросту продвигавшиеся вперед, ввиду отсутствия противника. И Мольтке, отправив прежде того на фронт офицера Генерального штаба, нашедшего войска "истрепавшимися в боях", приказал своим войскам отходить. Немцы закрепились на севере Франции, но Париж был спасен, как и репутация французской армии.
На исходе года французы пытались "пробежаться к морю" в Бельгии, но не преуспели, равно как и на остальных участках фронта. Масштабные наступления 1915 г., призванные то ли облегчить положение русских, то ли выиграть войну, пока "все немцы ушли на Восток" (что, конечно, было неправдой), приводили лишь к огромным потерям и крайне незначительному продвижению. Наконец, в 1916 г. Верденская битва едва ли не испепелила французскую армию, но к этому моменту британцы развернули во Франции огромные силы, а русские уже восстановились после поражений прошлого года, так что немцам пришлось уступить.
Утешая себя ложными данными о будто бы громадных и превосходящих собственные потерях врага, французское командование надеялось закончить войну в 1917 г. - герой обороны Вердена генерал Нивель буквально обещал это измучившейся нации. Французские операции должны были стать частью общего наступления союзников, но из-за событий в России все пошло наперекосяк. В результате, провал наступления Нивеля чуть было не покончил с французской армией - ее охватили мятежи, далекие по жестокости от событий на Восточном фронте, но все же неслыханные по размаху. Фактически, французы отказались идти в атаку и если бы - о, это вечное "если бы" ПМВ! - немцы не были связаны войной с остальным миром, то с Западным фронтом было бы покончено уже тогда. При том условии, конечно, что он вообще дотянул бы до 1917 г., что попросту невероятно.
Но если французская армия и испытывала порой "муки сомнения", то французская политика - никогда. В Париже отвергали даже саму возможность вступить в переговоры с немцами - с французской армией или без нее, но союзники обязательно дожмут Берлин и тогда наступит час расплаты, момент, которого Франция ждала с 1871 г.!
...
Ну а теперь к рисункам, которые, как мне кажется, не слишком удачны, но несомненно отражают ту самую грязь, безнадежность и прочие прелести окопной жизни.
Вступив в Мировую войну с Планом-17, французская армия решительно бросилась в наступление - покуда русские армии будут сокрушать тевтонов на Востоке, надо было успеть разбить их на Западе и переиграть столь неудачные операции лета 1870 г. Иначе говоря, армии предстояло самостоятельно отвоевать Эльзас-Лотарингию и выйти к Рейну, а после того - при благоприятном развитии событий - двинуться дальше. В Париже были настроены решительно - военные даже хотели нарушить бельгийский нейтралитет, но в конечном счете эту идею отложили. В отличие от немцев, положение Франции позволяло не прибегать к таким неудачным с точки зрения политики действиям, а потому французы спокойно выделили для Бельгии отдельную армию, задачей которой было контратаковать германцев. Итак, только наступление, только вперед!
Однако, реальные события 1914 г. чуть было не поставили на всем этом планировании крест. Даже несмотря на по-настоящему масштабную помощь России, итальянский нейтралитет и спешное прибытие английских войск, французской армии пришлось быстро распрощаться с мечтами о быстрой победе. Разбитые в гигантском Приграничном сражении, ее корпуса отступали к Парижу и дело грозилось принять тот же оборот, что и в 1870 г.
Этого не произошло. Французские солдаты не пали духом, но куда важнее было то, что бельгийская армия отвлекала на себя значительную часть войск противника, а Британские экспедиционные силы продолжали оставаться опасностью, размеры которой немцы никак не могли определить, колеблясь от крайне уничижительных, до совершенно преувеличенных оценок. И все это не говоря уже о Восточном фронте, где германскому командованию приходилось буквально жонглировать немногочисленными войсками, в надежде остановить наступление русских. В такой ситуации немцам как никогда требовался ясный ум и сильный характер старого Мольтке. Его племянник, осуществлявший руководство кампанией, заколебался там, где колебаться не стоило.
В конечном счете, каждая немецкая армия начала действовать без всякой оглядки на Генеральный штаб, в котором пессимист Мольтке Младший, изначально не веривший в план своего предшественника, фаталистично ожидал либо чуда, либо крушения. Но и на это его не хватило слишком долго: начав уже громить контратакующих французов в Марнской битве (продолжение которого могло бы и привести французскую армию к моральному крушению), он оказался в положении Наполеона при Ватерлоо - внезапно (sic) на поле боя появились британцы, попросту продвигавшиеся вперед, ввиду отсутствия противника. И Мольтке, отправив прежде того на фронт офицера Генерального штаба, нашедшего войска "истрепавшимися в боях", приказал своим войскам отходить. Немцы закрепились на севере Франции, но Париж был спасен, как и репутация французской армии.
На исходе года французы пытались "пробежаться к морю" в Бельгии, но не преуспели, равно как и на остальных участках фронта. Масштабные наступления 1915 г., призванные то ли облегчить положение русских, то ли выиграть войну, пока "все немцы ушли на Восток" (что, конечно, было неправдой), приводили лишь к огромным потерям и крайне незначительному продвижению. Наконец, в 1916 г. Верденская битва едва ли не испепелила французскую армию, но к этому моменту британцы развернули во Франции огромные силы, а русские уже восстановились после поражений прошлого года, так что немцам пришлось уступить.
Утешая себя ложными данными о будто бы громадных и превосходящих собственные потерях врага, французское командование надеялось закончить войну в 1917 г. - герой обороны Вердена генерал Нивель буквально обещал это измучившейся нации. Французские операции должны были стать частью общего наступления союзников, но из-за событий в России все пошло наперекосяк. В результате, провал наступления Нивеля чуть было не покончил с французской армией - ее охватили мятежи, далекие по жестокости от событий на Восточном фронте, но все же неслыханные по размаху. Фактически, французы отказались идти в атаку и если бы - о, это вечное "если бы" ПМВ! - немцы не были связаны войной с остальным миром, то с Западным фронтом было бы покончено уже тогда. При том условии, конечно, что он вообще дотянул бы до 1917 г., что попросту невероятно.
Но если французская армия и испытывала порой "муки сомнения", то французская политика - никогда. В Париже отвергали даже саму возможность вступить в переговоры с немцами - с французской армией или без нее, но союзники обязательно дожмут Берлин и тогда наступит час расплаты, момент, которого Франция ждала с 1871 г.!
...
Ну а теперь к рисункам, которые, как мне кажется, не слишком удачны, но несомненно отражают ту самую грязь, безнадежность и прочие прелести окопной жизни.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
Page 1 of 3