Мировая война

[watermelon83]

- в рисунках французского сапера. Равнины Шампани и леса Аргонна - Западный фронт, 1914 - 1916 гг.


Вступив в Мировую войну с Планом-17, французская армия решительно бросилась в наступление - покуда русские армии будут сокрушать тевтонов на Востоке, надо было успеть разбить их на Западе и переиграть столь неудачные операции лета 1870 г. Иначе говоря, армии предстояло самостоятельно отвоевать Эльзас-Лотарингию и выйти к Рейну, а после того - при благоприятном развитии событий - двинуться дальше. В Париже были настроены решительно - военные даже хотели нарушить бельгийский нейтралитет, но в конечном счете эту идею отложили. В отличие от немцев, положение Франции позволяло не прибегать к таким неудачным с точки зрения политики действиям, а потому французы спокойно выделили для Бельгии отдельную армию, задачей которой было контратаковать германцев. Итак, только наступление, только вперед!

Однако, реальные события 1914 г. чуть было не поставили на всем этом планировании крест. Даже несмотря на по-настоящему масштабную помощь России, итальянский нейтралитет и спешное прибытие английских войск, французской армии пришлось быстро распрощаться с мечтами о быстрой победе. Разбитые в гигантском Приграничном сражении, ее корпуса отступали к Парижу и дело грозилось принять тот же оборот, что и в 1870 г.

Этого не произошло. Французские солдаты не пали духом, но куда важнее было то, что бельгийская армия отвлекала на себя значительную часть войск противника, а Британские экспедиционные силы продолжали оставаться опасностью, размеры которой немцы никак не могли определить, колеблясь от крайне уничижительных, до совершенно преувеличенных оценок. И все это не говоря уже о Восточном фронте, где германскому командованию приходилось буквально жонглировать немногочисленными войсками, в надежде остановить наступление русских. В такой ситуации немцам как никогда требовался ясный ум и сильный характер старого Мольтке. Его племянник, осуществлявший руководство кампанией, заколебался там, где колебаться не стоило.

В конечном счете, каждая немецкая армия начала действовать без всякой оглядки на Генеральный штаб, в котором пессимист Мольтке Младший, изначально не веривший в план своего предшественника, фаталистично ожидал либо чуда, либо крушения. Но и на это его не хватило слишком долго: начав уже громить контратакующих французов в Марнской битве (продолжение которого могло бы и привести французскую армию к моральному крушению), он оказался в положении Наполеона при Ватерлоо - внезапно (sic) на поле боя появились британцы, попросту продвигавшиеся вперед, ввиду отсутствия противника. И Мольтке, отправив прежде того на фронт офицера Генерального штаба, нашедшего войска "истрепавшимися в боях", приказал своим войскам отходить. Немцы закрепились на севере Франции, но Париж был спасен, как и репутация французской армии.

На исходе года французы пытались "пробежаться к морю" в Бельгии, но не преуспели, равно как и на остальных участках фронта. Масштабные наступления 1915 г., призванные то ли облегчить положение русских, то ли выиграть войну, пока "все немцы ушли на Восток" (что, конечно, было неправдой), приводили лишь к огромным потерям и крайне незначительному продвижению. Наконец, в 1916 г. Верденская битва едва ли не испепелила французскую армию, но к этому моменту британцы развернули во Франции огромные силы, а русские уже восстановились после поражений прошлого года, так что немцам пришлось уступить.

Утешая себя ложными данными о будто бы громадных и превосходящих собственные потерях врага, французское командование надеялось закончить войну в 1917 г. - герой обороны Вердена генерал Нивель буквально обещал это измучившейся нации. Французские операции должны были стать частью общего наступления союзников, но из-за событий в России все пошло наперекосяк. В результате, провал наступления Нивеля чуть было не покончил с французской армией - ее охватили мятежи, далекие по жестокости от событий на Восточном фронте, но все же неслыханные по размаху. Фактически, французы отказались идти в атаку и если бы - о, это вечное "если бы" ПМВ! - немцы не были связаны войной с остальным миром, то с Западным фронтом было бы покончено уже тогда. При том условии, конечно, что он вообще дотянул бы до 1917 г., что попросту невероятно.

Но если французская армия и испытывала порой "муки сомнения", то французская политика - никогда. В Париже отвергали даже саму возможность вступить в переговоры с немцами - с французской армией или без нее, но союзники обязательно дожмут Берлин и тогда наступит час расплаты, момент, которого Франция ждала с 1871 г.!

...

Ну а теперь к рисункам, которые, как мне кажется, не слишком удачны, но несомненно отражают ту самую грязь, безнадежность и прочие прелести окопной жизни.

Comments

[lj-frank-bot.livejournal.com]

Здравствуйте!
Система категоризации Живого Журнала посчитала, что вашу запись можно отнести к категориям: Армия (https://www.livejournal.com/category/armiya?utm_source=frank_comment), История (https://www.livejournal.com/category/istoriya?utm_source=frank_comment).
Если вы считаете, что система ошиблась — напишите об этом в ответе на этот комментарий. Ваша обратная связь поможет сделать систему точнее.
Фрэнк,
команда ЖЖ.

[watermelon83.livejournal.com]

Один немецкий ефрейтор-резервист, бывший в мирное время профессором романских языков в Гёттингене, сопровождал группу французских военнопленных из Мобёжа в Германию. Вдали грохотали пушки. Вдруг лейтенант, находившийся при исполнении обязанностей, заметил, что его подчиненный затеял перепалку с французом. Пленный возмущенно размахивал руками, а младший капрал сердито сверкал глазами из-за очков. Лейтенант поскакал в их сторону, опасаясь, что начнется драка. Его вмешательство остановило спорщиков. Тогда разозленный ефрейтор объяснил, что пленный француз, в драных ботинках, перевязанных бечевкой, являлся профессором Сорбонны. И оба господина заспорили из-за своего несогласия по поводу конъюнктива в ранней провансальской поэзии.

[lj-frank-bot.livejournal.com]

Очень жаль

[m-for-mijers.livejournal.com]

Почему это у них профессор ефрейтор всего лишь?)

[crapulous (from livejournal.com)]

Так куда еще этих филологов девать?
Но если серьезно, то в Interbellum у французской академической публики глаз, ног и рук было в среднем меньше, чем у их немецких коллег. Другая система призыва.

[talkingfisch.livejournal.com]

Ничоси техника у сапера!

[m-for-mijers.livejournal.com]

Отлично рисовал кстати. Только лица смазаны, ну да на них особый талант нужен. 16 год сапёр не пережил?

[watermelon83.livejournal.com]

ну почему сразу не пережил - что ж ему, книжку не издавать что ли

[m-for-mijers.livejournal.com]

Ну, просто временное ограничение...ну ладно.

[watermelon83.livejournal.com]

Да полно такого - нарисовал человек, что ему ждать ещё одного года, когда уж точно победа?)

[https://openid-provider.appspot.com/Burn.gde (from livejournal.com)]

Это не просто рисунки. Это акварель. Значит надо иметь планшет - не будем наглеть и требовать этюдник, хорошую бумагу, краски, теплую воду в холода. Нехило жилось саперу...

[livejournal.livejournal.com]

Здравствуйте! Ваша запись попала в топ-25 популярных записей LiveJournal для Украины. Подробнее о рейтинге читайте в Справке (https://www.dreamwidth.org/support/faqbrowse?faqid=303).

[watermelon83.livejournal.com]

Нетрудно было расслышать эхо этого официоза в среде простых людей. Долго запрещалось проповедовать мир, даже говорить о мире. Слово “мир” исчезло из обихода, от него веяло пораженчеством, германофильством и бесхребетным соглашательством. Всего лишь одно слово вызывало протесты, проклятия или недоумение и даже породило цензуру. Одобрялось только слово “победа”, полная и окончательная. Практически во всех воюющих странах страдания и потери не способствовали достижению компромисса, а еще больше укрепили стремление к “победе”. Иначе все эти страдания и потери напрасны, не так ли? И ради чего идти на компромисс, если мы все равно непобедимы?
И все же что-то происходит. Что-то меняется в словоупотреблении. Пока еще только на улице, между людьми.
Теперь можно услышать, что люди тоскуют по “миру”, — да, именно так. Несколько дней назад, когда Корде стоял на морозе и ждал трамвая, он услышал разговор между женщиной и полковым священником, только что побывавшим на Сомме и в Вердене. Священник сказал ей: “Достаточно уже матерей, носящих траур. Будем надеяться, что это скоро закончится”. А совсем недавно, в том же трамвае, он слышал, как одна женщина из высшего класса, в мехах, громко сказала солдату: “Если бы не тысячи подлецов и идиотов, голосовавших за партии войны, то ты не торчал бы на войне все эти тридцать месяцев”. Многие смущенно обернулись к ним, язвительно улыбаясь, а одна женщина пролетарского вида, сидевшая рядом с Корде, пробормотала: “Она совершенно права”.
Не только отвращение и усталость теперь обрели голос. Перемены в настроении отчасти зависели и от реакции на мирные инициативы, которые в прошлом месяце исходили сперва от Германии и ее канцлера Бетман-Гольвега, а затем (всего пару дней назад) от США и президента Вильсона. Страны союзнической коалиции решительно отвергли первое предложение, а второе встретили таким количеством возражений, претензий и туманных требований, что стало ясно: скорого заключения мира ждать не приходится.
Но Слово вновь пробудилось к жизни. “Мир”.
В опубликованном письме кайзера, адресованном канцлеру, отстаивались мирные инициативы немцев. Вильгельм, в частности, писал: “Выступить с предложением заключить мир — означает совершить моральный поступок ради освобождения всех стран, включая нейтральные, от бремени, которое может раздавить нас”. В тот же день все французские газеты откликнулись на письмо, полемизируя и подвергая сомнению его подлинность. Американскую мирную инициативу пресса встретила так же прохладно, даже презрительно: “Химера! Иллюзии! Мания величия!” Корде слышал, как американского президента обвиняли в том, что он “более немец, чем сами немцы”.
Как можно было судить о возможностях мира и проблемах войны в странах, где единственное доступное массам средство информации — пресса подвергалась жесточайшей цензуре и находилась в руках пропагандистов, провокаторов и идеологов? Корде ничуть не утешала мысль, что, возможно, потомки сумеют разобраться в хаосе эмоций, навязчивых идей, мифов, полуправды, иллюзий, словесной эквилибристики, лжи и миражей, которые породила эта война. Конечно, он часто мысленно возвращался к тому, что же такое, собственно, произошло, когда летом, два с половиной года назад, сошла эта лавина; он ревностно собирал маленькие кусочки фактов, найденные то там, то сям, валяющиеся словно позабытые улики на давнишнем месте преступления. Вопрос заключался лишь в том, что именно исследовать, задним числом.
Ему давно известно, что картина войны и общественного мнения искажается прессой до неузнаваемости. В апреле 1915 года он записал в своем дневнике: “Страх перед цензурой и необходимость потакать низменным инстинктам [общества] заставляют ее [прессу] изрыгать лишь ненависть и оскорбления”. Политики и генералы, подстегивавшие в 1914 году милитаристские настроения в обществе, стали теперь заложниками этой общественной ненависти, отметавшей всякую мысль о мирном соглашении, и даже тактически оправданные отступления сделались невозможными, поскольку они в глазах прессы и простых людей сразу же превращались в символ поражения, — как в случае с Верденом. Но возможно, что-то наконец начинает меняться?

[memento-iv-mo.livejournal.com]

поэтому я и предлагаю (как варианты)
1) плюс ирландизация всей страны
2) плюс кипритизация все страны

можно ещё поискать вариантов, но мне зватило бы этих двух, хотя бы поприкидывать для начала (чем там эти сра.... э-э, президенты занимаются, не пойму)

[watermelon83.livejournal.com]

А можно прочесть толкование ирландизации?

[lilibay.livejournal.com]

Последний рык стареющего льва, но Эльзас и Лотарингию вернули, значит и мы вернём Донбасс и Крым.

[(Anonymous)]

Что с ними потом делать？

[lilibay.livejournal.com]

то, что сделали французы со своими повёрнутыми территориями, всё уже придумано до нас.

[watermelon83.livejournal.com]

- Эльзас и Лотарингию вернули, значит и мы вернём Донбасс и Крым

логично (нет)

[crapulous (from livejournal.com)]

Первое правило настоящего геополитика: для доказательства верности любого умозаключения достаточно подобрать к нему удобную аналогию в качестве посылки.

[(Anonymous)]

мы вернём Донбасс и Крым
вот когда Америка впишется, как за французов, тогда и "верднём"

как вариант:
за кого Америка впишется, как за французов, тому и "вернем"

(когда Америка впишется - а? что? Америка ж с нами!?)

[lilibay.livejournal.com]

Америка давно вписалась и слово своё сказала. Не далее как сегодня приехали Джавелины на 60 млн. долларов, мелочь, но приятно)) Немецкие шпионы надеются на Готенланд в Крыму, но Трамп сказал, что выведет войска из Германии и сразу старушка из ГДР заголосила, что прекращать оккупацию Германии это противозаконно. Так что скоро ванюшка засобирается домой, на родные болота, валежник собирать и зайцев спасать)) А в Крыму будут отдыхать баварские пенсионеры облегчая дефицит Пенсионных касс ФРГ.

[beobahter.livejournal.com]

А вот не надо было Германии лезть в эту заваруху из-за никчемной Австро-Венгрии. Вилли и Ники уже почти договорились, но тут австрияки поперли на рожон Сербию и все заверете...

[watermelon83.livejournal.com]

да, надо было дать разделить никчемную Австро-Венгрию (а, кстати - почему никчемную?), а уже потом дождаться и сразу чтоб, со всех четырех сторон, как в 1756

з.ы. и да, до чего договорились Ники с Вилли? до российской мобилизации?

[beobahter.livejournal.com]

"да, надо было дать разделить никчемную Австро-Венгрию (а, кстати - почему никчемную?), а уже потом дождаться и сразу чтоб, со всех четырех сторон, как в 1756"

Так ведь она и так через 4 года развалилась. Никчемной - потому что это был тяни-толкай о минимум трех головах, которого чехи, венгры и автрийцы тянули в разные стороны, державшийся перед войной исключительно на авторитете Франца-Иосифа.

Руководство Австро-Венгрии в критический момент июля 1914-го показало себя полными идиотами, последовательно доведя терракт до мировой бойни.

"з.ы. и да, до чего договорились Ники с Вилли? до российской мобилизации? "

Ну а что оставалось Ники делать, когда австрияки бомбили Белград? Пришлось "вставать на защиту" проклятых братушек, пропади они пропадом.

А вот почему Вилли не остановил мобилизацию (хотя очень хотел) - это вопрос