watermelon83 (![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png)
watermelon83) wrote2014-12-10 10:03 am
watermelon83) wrote2014-12-10 10:03 am
Слон и кит
- империя Наполеона против Британского королевства.
В ретроспективе, поражение Наполеона кажется неминуемым, неизбежным следствием его политики. В известном смысле так оно и было, рубеж, после которого победа была невозможна проходил где между 1806 - 1808 гг.
Но - изначально, такой исход был вовсе не очевиден, Наполеон не был Гитлером, который проиграл войну в тот же день в который ее начал, нет. У Бонапарта был ряд козырей, дающих ему неоспоримое преимущество в течении короткого (по историческим меркам) срока.
Государство Наполеона было прото-тоталитарным, со всеми признаками: идеологически-пропагандистской машиной, культом войны и армии, культом вождя, общественно-социальным упадком. Наполеон получил в свое распоряжение высокоорганизованное общество, находящееся в стадии брожения, нестабильности, что давало возможность лепить из него все что угодно, включая готовность вести войны, имея практически неограниченный запас рекрутов.
Не существовало проблем с резервами, продовольствием, изоляцией. Казалось - до господства над миром (не в примитивном смысле) достаточно лишь пересечь большую реку, пролив Ла-Манш. Не самая сложная задача для страны, превращенной в военный лагерь, во главе которого стоит великий военный вождь.
Проблема морского господства также не была неразрешимой, в принципе. Та же королевская Франция имела успешный опыт десантирования войск, равно как и республика. Эти десанты имели разный успех (от победного северо-американского, до провальных на собственно островах), но сама задача не представлялась чем то вроде полета на Луну, по крайней мере после Цезаря и Вильгельма. Англия - это Олерон!
Технически, тогдашний флот, не требовал чего то невозможного: у Франции был опыт создания большого флота, не меньший чем у англичан. У Франции было для этого все, включая союзную Испанию, с сетью баз по всему миру, союзные Нидерланды (Батавию) с верфями и умелыми моряками, собственный офицерский корпус и прекрасный технический опыт: французские суда были совершеннее английских.
Так в чем же дело? Казалось бы - Рим и Карфаген, который должен пасть. Неужели английская аристократия, этот коллективный разум, способна противостоять величайшему вождю своего времени, возглавившему одно из мощнейших государств мира? Помешанный Георг против молодого Бонапарта!
Стратегия.
Вина даже не Наполеона, это извечная ошибка всех французских (и шире) правителей, оставляющих Англию на потом, на десерт. В итоге, как правило, десерт съедает едока. С 1799 по 1803 Наполеон, казалось бы, ведет правильную политику: заключив со всеми мир, он стремительно наращивает военно-морскую и колониальную мощь, посылается десант на Гаити, выкупается Луизиана у Испании, день и ночь спускаются со стапелей новые суда. Возникает угроза блока Париж-Берлин-Петербург, возобновления морского союза нейтралов, помешавших в свое время Англии подавить мятеж колонистов. Вообще, период доимперского Бонапарта один самых интересных в его карьере, один из самых богатых на альтернативы, после 1806 их практически уже не оставалось...
В это время Англия отдает захваченные у французских союзников колонии, удерживая лишь Мальту, которую, впрочем она тоже готова были вернуть, на условии владения ею нейтральной державы. Сокращается флот... Разумеется, Лондон тоже не сидит сложа руки: табакеркой убивают Павла, английский десант уничтожает египетскую армию французов, Нельсон топит и захватывает датский флот, нанося визиты вежливости шведам и русским, но общей динамики это не меняет.
И тут Наполеон начинает зарываться, с ним происходит то, что спустя десяток лет приведет его на остров Святой Елены - упоение от ощущения собственной силы (спустя годы он хвастливо скажет, что может тратить 30 т. человек в день, типичный технократ), которая, казалось бы, сметает все. Разве Франция не может делать все сразу? Это же так просто: бац! и Швейцария оккупируется, бац! и южно-германские государства переходят под крыло Парижа, бац! и вся Северная и Центральная Италия уходят туда же, а вместе с нею и весь этот будущий Бенилюкс, для удобства.
Лондон начинает приходить к мысли, что с таким человеком невозможно жить мирно, он не остановится сам - и Англия начинает подготовку к борьбе. Это немедленно вызывает истерику у диктатора - все диктаторы ведь действуют в неком безвоздушном пространстве, будучи убежденными в том, что только они личности, остальные лишь статисты (ну вот как Сталин думал, что может планировать историю, а потом пришлось всхлипывать по радио, братья и сестры), и вот Наполеон совершает первую ошибку: не делает ничего, чтобы отсрочить объявление ему войны. Вместо хорошего политического хода - отказа от пункта об оставлении Мальты, например, следует публичная перепалка с послом и война печати. Вскоре следует реальная война, а также еще одно преступление Бонапарта: арест всех английских подданных на контролируемой им территории. Еще один штрих к портрету мегаломании вождя.
Неудачное время для вступления в войну можно было компенсировать решительными действиями и высадкой в Англии, но в этих вопросах он традиционно слаб и осторожен. Дело затягивается, позволяя англичанам сформировать коалицию - тут то и аукивается предвоенная экспансия без оглядки, раздражавшая Вену и Петербург. Армия марширует навстречу Аустерлицу, флот плывет к Трафальгару.
В 1806 году Наполеон делает еще одну ошибку: восстанавливает против себя Германию, после чего он окончательно увязает в центрально и восточно-европейских делах: антагонизм бывшего рейха заставляет его, повышая ставки, восстанавливать Польшу, что окончательно делает войну между ним и прусско-русским (и, скорее всего австрийским) блоком неизбежной.
Далее следует первая проба сил, между окрепшим уже французским национализмом и только что поднявшим голову немецким и испанским. Наполеон получает крайне неудачную кампанию 1809 года, в которой он умудрился потерпеть очевидное поражение от Карла, после чего сумел одержать крайне неубедительную победу над ним же, что потребовало напряжения всех сил империи (в которой, к слову, начались вполне конкретные заговоры против победоносного лидера), а также гибельную (в не меньшей степени чем кампания 1812) испанскую войну, в которой сотни тысяч умирали просто от болезней, не говоря уже о нескольких сот тысячах солдат связанных на этом твд.
К 1812 году судьба дает Бонапарту последний, призрачный шанс изменить свою политику, сделав ее мировой, а французскую империю - приемлемой для Европы, на какой то срок. Конечно, для этого пришлось бы отказаться от польских дел, сдать ряд бесполезных игрушечных режимов в бывшей империи и поделиться в Италии. Зато - он получал мир, он получал прикрытые границы на западе, Бенилюкс, рейнский проекторт, Северную Италию и возможность урегулировать испанскую язву. А также - самое главное, поучаствовать в новой англо-американской войне 1812, повторив 1783.
Вместо этого он вновь выбрал близкий и понятный для себя путь, вторую польскую войну. Карты были розданы, исход не вызывал сомнений.
Таким образом, можно лишь повторить сделанные ранее многими историками выводы: избрав путь недостижимого континентального господства, Наполеон обрек свою империю на разгром.
В ретроспективе, поражение Наполеона кажется неминуемым, неизбежным следствием его политики. В известном смысле так оно и было, рубеж, после которого победа была невозможна проходил где между 1806 - 1808 гг.
Но - изначально, такой исход был вовсе не очевиден, Наполеон не был Гитлером, который проиграл войну в тот же день в который ее начал, нет. У Бонапарта был ряд козырей, дающих ему неоспоримое преимущество в течении короткого (по историческим меркам) срока.
Государство Наполеона было прото-тоталитарным, со всеми признаками: идеологически-пропагандистской машиной, культом войны и армии, культом вождя, общественно-социальным упадком. Наполеон получил в свое распоряжение высокоорганизованное общество, находящееся в стадии брожения, нестабильности, что давало возможность лепить из него все что угодно, включая готовность вести войны, имея практически неограниченный запас рекрутов.
Не существовало проблем с резервами, продовольствием, изоляцией. Казалось - до господства над миром (не в примитивном смысле) достаточно лишь пересечь большую реку, пролив Ла-Манш. Не самая сложная задача для страны, превращенной в военный лагерь, во главе которого стоит великий военный вождь.
Проблема морского господства также не была неразрешимой, в принципе. Та же королевская Франция имела успешный опыт десантирования войск, равно как и республика. Эти десанты имели разный успех (от победного северо-американского, до провальных на собственно островах), но сама задача не представлялась чем то вроде полета на Луну, по крайней мере после Цезаря и Вильгельма. Англия - это Олерон!
Технически, тогдашний флот, не требовал чего то невозможного: у Франции был опыт создания большого флота, не меньший чем у англичан. У Франции было для этого все, включая союзную Испанию, с сетью баз по всему миру, союзные Нидерланды (Батавию) с верфями и умелыми моряками, собственный офицерский корпус и прекрасный технический опыт: французские суда были совершеннее английских.
Так в чем же дело? Казалось бы - Рим и Карфаген, который должен пасть. Неужели английская аристократия, этот коллективный разум, способна противостоять величайшему вождю своего времени, возглавившему одно из мощнейших государств мира? Помешанный Георг против молодого Бонапарта!
Стратегия.
Вина даже не Наполеона, это извечная ошибка всех французских (и шире) правителей, оставляющих Англию на потом, на десерт. В итоге, как правило, десерт съедает едока. С 1799 по 1803 Наполеон, казалось бы, ведет правильную политику: заключив со всеми мир, он стремительно наращивает военно-морскую и колониальную мощь, посылается десант на Гаити, выкупается Луизиана у Испании, день и ночь спускаются со стапелей новые суда. Возникает угроза блока Париж-Берлин-Петербург, возобновления морского союза нейтралов, помешавших в свое время Англии подавить мятеж колонистов. Вообще, период доимперского Бонапарта один самых интересных в его карьере, один из самых богатых на альтернативы, после 1806 их практически уже не оставалось...
В это время Англия отдает захваченные у французских союзников колонии, удерживая лишь Мальту, которую, впрочем она тоже готова были вернуть, на условии владения ею нейтральной державы. Сокращается флот... Разумеется, Лондон тоже не сидит сложа руки: табакеркой убивают Павла, английский десант уничтожает египетскую армию французов, Нельсон топит и захватывает датский флот, нанося визиты вежливости шведам и русским, но общей динамики это не меняет.
И тут Наполеон начинает зарываться, с ним происходит то, что спустя десяток лет приведет его на остров Святой Елены - упоение от ощущения собственной силы (спустя годы он хвастливо скажет, что может тратить 30 т. человек в день, типичный технократ), которая, казалось бы, сметает все. Разве Франция не может делать все сразу? Это же так просто: бац! и Швейцария оккупируется, бац! и южно-германские государства переходят под крыло Парижа, бац! и вся Северная и Центральная Италия уходят туда же, а вместе с нею и весь этот будущий Бенилюкс, для удобства.
Лондон начинает приходить к мысли, что с таким человеком невозможно жить мирно, он не остановится сам - и Англия начинает подготовку к борьбе. Это немедленно вызывает истерику у диктатора - все диктаторы ведь действуют в неком безвоздушном пространстве, будучи убежденными в том, что только они личности, остальные лишь статисты (ну вот как Сталин думал, что может планировать историю, а потом пришлось всхлипывать по радио, братья и сестры), и вот Наполеон совершает первую ошибку: не делает ничего, чтобы отсрочить объявление ему войны. Вместо хорошего политического хода - отказа от пункта об оставлении Мальты, например, следует публичная перепалка с послом и война печати. Вскоре следует реальная война, а также еще одно преступление Бонапарта: арест всех английских подданных на контролируемой им территории. Еще один штрих к портрету мегаломании вождя.
Неудачное время для вступления в войну можно было компенсировать решительными действиями и высадкой в Англии, но в этих вопросах он традиционно слаб и осторожен. Дело затягивается, позволяя англичанам сформировать коалицию - тут то и аукивается предвоенная экспансия без оглядки, раздражавшая Вену и Петербург. Армия марширует навстречу Аустерлицу, флот плывет к Трафальгару.
В 1806 году Наполеон делает еще одну ошибку: восстанавливает против себя Германию, после чего он окончательно увязает в центрально и восточно-европейских делах: антагонизм бывшего рейха заставляет его, повышая ставки, восстанавливать Польшу, что окончательно делает войну между ним и прусско-русским (и, скорее всего австрийским) блоком неизбежной.
Далее следует первая проба сил, между окрепшим уже французским национализмом и только что поднявшим голову немецким и испанским. Наполеон получает крайне неудачную кампанию 1809 года, в которой он умудрился потерпеть очевидное поражение от Карла, после чего сумел одержать крайне неубедительную победу над ним же, что потребовало напряжения всех сил империи (в которой, к слову, начались вполне конкретные заговоры против победоносного лидера), а также гибельную (в не меньшей степени чем кампания 1812) испанскую войну, в которой сотни тысяч умирали просто от болезней, не говоря уже о нескольких сот тысячах солдат связанных на этом твд.
К 1812 году судьба дает Бонапарту последний, призрачный шанс изменить свою политику, сделав ее мировой, а французскую империю - приемлемой для Европы, на какой то срок. Конечно, для этого пришлось бы отказаться от польских дел, сдать ряд бесполезных игрушечных режимов в бывшей империи и поделиться в Италии. Зато - он получал мир, он получал прикрытые границы на западе, Бенилюкс, рейнский проекторт, Северную Италию и возможность урегулировать испанскую язву. А также - самое главное, поучаствовать в новой англо-американской войне 1812, повторив 1783.
Вместо этого он вновь выбрал близкий и понятный для себя путь, вторую польскую войну. Карты были розданы, исход не вызывал сомнений.
Таким образом, можно лишь повторить сделанные ранее многими историками выводы: избрав путь недостижимого континентального господства, Наполеон обрек свою империю на разгром.
no subject
тот же рейтар прекрасно знает что германия выплачивала убийственные контрибуции именно под угрозой 'вторжения вооруженных орд' но он же совок..у него в голове диды ваевали, сталин, на берлин холокост, вот это все. двоемыслие.
вообщем кто рожден в ссср тот в нем и помрет.
no subject
вы можете высказываться как угодно, только без проекций по личностям
тем более от вас, малознакомого мне юзера
согласитесь, неприятно, когда некто безапелляционно, по хамски прямо, вешает ярлыки
такое ощущение что вы малограмотный гондон, с амбициями
не ведите себя так впредь, будете посланы
no subject
no subject
и потом, зачем тянуть, я ведь не судьба, второго шанса не даю
впрочем, ваша дорога чиста и светла, стоит лишь на нее вернуться и прекратить общаться в столь неприятной манере
свести тему наполеоники к поиску ватников - это нужно суметь
право - не хорошо
я вам даже прощу приписываемую мне глупость считать, что революционная Франция оборонялась против злых абсолютистских монархий в 92, но вы как то соразмеряйте свой пыл, искренне вас прошу
no subject
no subject
К 1938 году никаких контрибуций и репараций Германия уже никому не выплачивала - даже войска в Рейнскую зону ввела, и никто на Западе даже не почесался - какие уж там "вооруженные орды". Так что если и были какие-то "страдания", то чисто морального толка.
А вообще воспевание епических подвигов Гидлера однозначно указывает...
no subject
уже обьявила войну франции за пол года до ответного обьявления
"...En attendant, elles donneront à leurs troupes les ordres convenables pour qu'elles soient à portée de se mettre en activité. »
и о том первыми во францию вторглись войска коалиции
Au moment de l'invasion, le général Dumouriez secondé par les généraux Beurnonville, Moreton et Duval dispose de 30 000 hommes dans les camps de Maulde, de Maubeuge et de Lille et 23 000 dans celui de Sedan tandis que le maréchal Luckner avait sous ses ordres le général Biron à Strasbourg avec 20 000 hommes, le général Custine à Landau avec 15 000 hommes et le général Kellermann à Metz avec 20 000 hommes.
En juillet, l'invasion commença et l'armée de Brunswick prit facilement les forteresses de Longwy le 13 août et de Verdun le 30 août.
Скажите кто говорит неправду - бездуховная вики или вы?
no subject
..............
ай ай ай ..опять вики гадит:
In March 1921, French and Belgian troops occupied Duisburg, which formed part of the demilitarized Rhineland, according to the Treaty of Versailles. In January 1923, French and Belgian forces occupied the rest of the Ruhr area as a reprisal after Germany failed to fulfill reparation payments demanded by the Versailles Treaty.
т. е. то что в ответ на прекращение выплат франция и бельгия окупировала Рур это 'никто не почесался'. Ну вики ж че возьмешь. Кебедо лучше знает.
no subject
no subject
К середине 30-х годов никто Германии не угрожал, а "истребление немцев" на территории Чехословакии и Польши имело место скорее в пропагандистских публикациях германских СМИ, чем в реальности. Такие дела.
no subject
no subject
Войска коалиции пересекли границу Франции после объявления ею войны - еще в апреле 1792 года.
Учитесь читать хотя бы Вики.
no subject
no subject
И Вы бы хотя бы статью до конца дочитали - в ней любым языком написано (есть статья и на русском, чего Вы в открытую дверь ломитесь-то?), что Пильницкую декларацию не поддержали другие страны, и на выходе получился громкий такой пшик... А то устраиваете какие-то шахматы с голубем, ей-богу.
no subject
Then if Germany was still obdurate, they would proceed to military measures and ask us to do the same.
http://www.nationalarchives.gov.uk/education/resources/german-occupation/source-1/
тож 'никто не почесался', нуну
no subject
Вы, ей-богу, как школьник, внезапно открывший для себя одну страницу учебника и не заглядывающий на другие...
no subject
хе-хе
no subject
Если с этим не согласитесь, то Вы совок. А может даже веник.
no subject
Одни кланы мочат другие кланы. Только последние лет 400 кланы стали глобалистскими. Всегда так было, всегда так будет. А как называются территории - дело второе.