Чисто русский детектив

Трагическая история разворачивается сегодня где-то между Самарой и зоной СВО. Пользуясь великим русским косноязычием, курирующая «гуманитарную помощь» бойцам волонтёр заявила даже, что «события развиваются как в лучших детективах самых известных фильмов».

Вы заинтригованы? Я тоже. Прочитав в своё время под сотню детективов Д. Х. Чейза, я готов прийти на помощь и пролить немного света, пусть этот фразеологизм и нарушает законы физики. Давайте разбираться вместе с россиянами, ведь эти печальные события — наше общее горе.

Итак, всё началось с того, что добрый самаритянец Игорь Горецкий подписал контракт с вооружёнными силами России. Мотивы такого решения нам неизвестны, но предположим, что Игорь, которому в этом году должно было исполниться тридцать лет, решил защищать Родину не в интернете, а там, на опалённой огнём земле Курщины.

В любом случае, именно туда его и отправили. На Курщине он получил уважительный позывной «Мечтатель» и ранение в голову. Жена Горецкого утверждает также, что её мужа и его боевых товарищей не спешили уносить с поля брани санитары, отчего у Игоря развились осложнения, но мы сейчас не будем это комментировать, а просто отметим, что 23 марта Горецкий подписал, а 26 апреля — пропал, причём без вести.

Однако это ещё не детектив, а только его завязка. Игорь нашёлся в самарском посёлке Рощинский, где его окружили заботой и вниманием работники военной медицины. Каково же было удивление супруги бойца, когда, приехав к мужу, она узнала, что он пропал вторично. И вот здесь уже начинается настоящий детектив.

Что делать? Госпожа Горецкая обратилась в штаб бригады, к отцам-командирам, которые выдали ей двух дознавателей, быстро убедивших госпитального фельдшера в том, что никакого Игоря он в глаза не видел. Казалось бы, но — деньги? У дважды пропавшего пропали и средства, выделенные добровольцу-освободителю.

— И муж пропал, и деньги ушли неизвестно куда, — грустно резюмирует жена героя.

Что же, у меня есть три версии.

1. Оправившись от ранений, Игорь Горецкий поспешил вернуться на фронт, чтобы и дальше нести свет освобождения порабощённым народам киевского режима.

Деньги? Деньги он перевёл в фонд помощи разбомбленным за восемь лет детям Донбасса.

Почему не звонит жене? Может, ему снарядом память отшибло, или он теперь как Верховный — женат на России, пускай это уже и двоежёнство.

2. А был ли Игорь? Это ещё надо доказать. Сегодня многие стремятся примазаться к коллективным усилиям российского народа, выставившего на СВО почти семьсот тысяч храбрецов.

Фельдшер, например, никакого Горецкого не помнит, а если и помнил прежде, так мало ли раньше было такого, чего теперь вспоминать не только не следует, но и прямо опасно? Взять хотя бы тот мем про «первый выстрел в войне между Украиной и Россией» или слово «мир».

Поэтому, прежде чем бросаться огульными обвинениями, гражданке было бы неплохо сперва «адоказать».

3. Третью версию я сразу отметаю, потому что в российских вооружённых силах такого быть не может. То есть может, но в крайних случаях, в какой-нибудь нетипичной воинской части.

В общем, если бы дело проходило именно в такой части, то раненого в голову и плохо соображавшего Игоря могли поставить обратно в строй, быстро «обнулить», а деньги, как обычно, забрать себе.

А могли и просто убить, без украинских посредников, так сказать. Но такое высшим руководством не приветствуется, потому что польза от обнуления должна быть не только непосредственным командирам Игоря, но и всей армии.

В любом случае, хочется пожелать всем добра и чтоб хорошие ребята, записывающиеся на СВО немножко подзаработать, не пропадали с деньгами, а заранее переводили все средства любящим родственникам.

(c)

Да, кстати

Недавно у соседки появился кот: немолодой уже породистый красавец с экзотическим именем Чико. Появившись, Чико начал изучать окрестности, эмпирическим методом обнаружив нашу террасу и домашнего кота Уголька.

Я узнал об этом ночью, проснувшись от истошного стона, какой издаёт смертельно раненый зверь, последним усилием цепенеющих лап пытающийся добраться до горла своего мучителя.

Дойдя до источника звука, я обнаружил кота, сидящего посреди залы мордой к террасе. Светила луна, за стеклом блестели глаза Чико. Что мне оставалось делать? Только опустить пластиковый занавес.

С тех пор Уголь начал нести каждодневный дозор.

Не считая двух дверей, на территорию возможного противника выходят ещё два окна, одно из которых граничит с моим письменным столом. Из него я довольно часто вижу Чико, в хорошую погоду любящего поваляться в тени куста.

К тому же окну приходит наш кот, занимая на подоконнике удобную стратегическую позицию для наблюдения. Он делает это регулярно, иногда несколько раз в день, но за истекшее лето ни разу не пересёкся с нарушителем.

Сначала я полагал это вопросом везения и случайности. «Ничего, рано или поздно, но…» — думалось мне, однако дни сменялись неделями, а ничего не происходило. Уголь приходил в одно время, Чико — в другое.

Меня начала раздражать такая неповоротливость. Vigilate, Quirites! Однажды, когда соперники в Холодной кошачьей войне разминулись всего на пару мгновений, я не выдержал — и решил направить историю в нужное русло.

С возгласом «Да вот же он!» схватив кота, мне не составило труда поместить его на постоянное место наблюдения. Наконец-то — ещё чуть-чуть и… Уголь глядел на меня невинными жёлтыми глазами.

Смотреть в сторону валяющегося в траве Чико он как будто не имел ни малейшего желания.

Начав ускорять историю, трудно остановиться, и я несколько раз ткнул пальцем в нужном направлении, а затем развернул кота на 180 градусов. Рассмотрев пространство, Уголь сделал скучающую морду и ушёл куда-то по своим делам.

Рассматривавший эту мизансцену Чико продолжил валяться в траве. На следующее утро дозор возобновился, к вящему удовольствию обоих участников этого противостояния.

Так вот, о реакции НАТО на сегодняшние события… впрочем, давайте в следующий раз.

(с)