![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
«Всё ещё торт»,
военно-стратегическая драма в трёх актах
I.
Апрель 1809 года. Наполеон (округлый император Франции, великий полководец) стоит над картой Европы. Входит Талейран (хитрый дипломат-дауншифтер):
— Австрийцы перешли границу у реки. Как в песне, знаете?
Наполеон (бурно жестикулируя):
— Как посмели?! У меня баденцы, вюртембержцы, баварцы, саксонцы и эти, как их? Вестфальцы. Италия, Голландия, Швеция и что-то ещё, не помню. А, поляки. У меня союз с царем Александром, он меня любит. Он закрыл английскую торговлю, он обещал мне двести тысяч своих солдат! Как посмели?!
Талейран (с невозмутимым лицом):
— Есть мнение — не моё — что вы, сир, в Испании сильно обмишурились. Ухлопали под сто тысяч солдат, а ничего не добились. И континентальная система ваша, кстати говоря, тоже. И вот, пока вы на полуострове гонялись за англичанами, эрцгерцог Карл собрал в Богемии большую армию.
— На что рассчитывает этот эпилептик?!
— Они с императором Францем большие романтики. Рассчитывают на германский национализм. И на ландвер ещё, немножко.
Помрачневший Наполеон спешит в Баварию к войскам, повеселевший Тайлеран — писать донесение в царское посольство.
II.
Спустя месяц. Наполеон смотрит на Дунай, что течёт.
— Течёт. Хорошо ему — никаких забот. Течи… теки? Теки себе и всё. А у меня — что? Австрийцев в Баварии побили — и хорошо побили, но не разбили же. Ушёл проклятый Карл, чёртов эрцгерцог. Теперь считаем — в Тироле эта скотина Гофер и его дубина народной войны, поляки Варшаву сдали, в Нидерландах британский десант, в Пруссии — майор Шилль. А я застрял в Вене, тьфу!
Французские войска поспешно форсируют Дунай, чтобы найти эрцгерцога Карла и покончить с кампанией. Карл, получив о переправе спутниковые данные из местной обсерватории:
— Surprise, motherfucker!
Неожиданно обнаружившаяся австрийская армия атакует, начинается Асперн-Эсслингское сражение. Наполеон, оглядывая поле боя в трубу:
— Merde! Они что — не читали Льва Толстого? До Бородино я, человек с жирными ляжками, должен все сражения выигрывать легко и просто! Какого чё…
Эрцгерцог со знаменем в руках, во главе гренадерского полка:
— За нашу реакционную монархию, в штыки!
Французы теряют двадцать (и ещё немножко) тысяч человек, а маршал Ланн — обе ноги. Сражение заканчивается несколько вынужденной переправой Бонапарта назад.
Наполеон (диктуя секретарю):
— В Париж, Фуше. Сообщите, что эрцгерцог потерял тридцать тысяч человек. Мы — четыре. Распространяйте неофициально, хотя сведения эти правдивы. (Про себя.) Нет, меня не разбили. Разве я могу проиграть? Только наполовину, как при Маренго.
III.
Ещё два месяца спустя. Пока Наполеон собирается с силами, эрцгерцог забрасывает старшего брата Франца депешами:
— Надо заключать мир, надо заключать мир! Я ни за что больше не ручаюсь! У меня нервы ни к чёрту, а у Наполеона уже двести тысяч солдат на том берегу. Триста тысяч! Четыреста! Надо заключать мир!
Наполеон (внезапно переправляясь через Дунай):
— А мне нужна одна победа, мы за ценой не постоим!
Начинается битва при Ваграме. Австрийцы упорно держатся, нанося наполеоновской армии огромные потери.
Наполеон (снова сердясь на великого русского писателя):
— С бородой, а наврал как мальчишка. Ладно, они вот-вот уже побегут — бросайте корпус Макдональда в решающую атаку!
Корпус Макдональда бросают, но он вскоре теряет три четверти своего состава и разбегается. Поражённый этим (и на флангах) Карл искусно отступает, не дождавшись войск эрцгерцога Иоанна или будущего фельдмаршала Блюхера. Зато появляется русская армия, занимая австрийскую Галицию. Победоносный Наполеон заключает с Веной мир, разводится со старой женой и женится на дочке императора Франца.
— На племяннице Карла, стало быть. Месть a la française, ха-ха! (Воодушевляясь.) Я и миллион человек в год ухлопать могу! Ничего мне не сделается. В следующей кампании назло всем поступлю тем же манером: погонюсь за вражеской армией и засяду в неприятельской столице, твёрдо веря в свою удачу. Что они мне сделают, я — торт!
Конец (конец ли?).
военно-стратегическая драма в трёх актах
I.
Апрель 1809 года. Наполеон (округлый император Франции, великий полководец) стоит над картой Европы. Входит Талейран (хитрый дипломат-дауншифтер):
— Австрийцы перешли границу у реки. Как в песне, знаете?
Наполеон (бурно жестикулируя):
— Как посмели?! У меня баденцы, вюртембержцы, баварцы, саксонцы и эти, как их? Вестфальцы. Италия, Голландия, Швеция и что-то ещё, не помню. А, поляки. У меня союз с царем Александром, он меня любит. Он закрыл английскую торговлю, он обещал мне двести тысяч своих солдат! Как посмели?!
Талейран (с невозмутимым лицом):
— Есть мнение — не моё — что вы, сир, в Испании сильно обмишурились. Ухлопали под сто тысяч солдат, а ничего не добились. И континентальная система ваша, кстати говоря, тоже. И вот, пока вы на полуострове гонялись за англичанами, эрцгерцог Карл собрал в Богемии большую армию.
— На что рассчитывает этот эпилептик?!
— Они с императором Францем большие романтики. Рассчитывают на германский национализм. И на ландвер ещё, немножко.
Помрачневший Наполеон спешит в Баварию к войскам, повеселевший Тайлеран — писать донесение в царское посольство.
II.
Спустя месяц. Наполеон смотрит на Дунай, что течёт.
— Течёт. Хорошо ему — никаких забот. Течи… теки? Теки себе и всё. А у меня — что? Австрийцев в Баварии побили — и хорошо побили, но не разбили же. Ушёл проклятый Карл, чёртов эрцгерцог. Теперь считаем — в Тироле эта скотина Гофер и его дубина народной войны, поляки Варшаву сдали, в Нидерландах британский десант, в Пруссии — майор Шилль. А я застрял в Вене, тьфу!
Французские войска поспешно форсируют Дунай, чтобы найти эрцгерцога Карла и покончить с кампанией. Карл, получив о переправе спутниковые данные из местной обсерватории:
— Surprise, motherfucker!
Неожиданно обнаружившаяся австрийская армия атакует, начинается Асперн-Эсслингское сражение. Наполеон, оглядывая поле боя в трубу:
— Merde! Они что — не читали Льва Толстого? До Бородино я, человек с жирными ляжками, должен все сражения выигрывать легко и просто! Какого чё…
Эрцгерцог со знаменем в руках, во главе гренадерского полка:
— За нашу реакционную монархию, в штыки!
Французы теряют двадцать (и ещё немножко) тысяч человек, а маршал Ланн — обе ноги. Сражение заканчивается несколько вынужденной переправой Бонапарта назад.
Наполеон (диктуя секретарю):
— В Париж, Фуше. Сообщите, что эрцгерцог потерял тридцать тысяч человек. Мы — четыре. Распространяйте неофициально, хотя сведения эти правдивы. (Про себя.) Нет, меня не разбили. Разве я могу проиграть? Только наполовину, как при Маренго.
III.
Ещё два месяца спустя. Пока Наполеон собирается с силами, эрцгерцог забрасывает старшего брата Франца депешами:
— Надо заключать мир, надо заключать мир! Я ни за что больше не ручаюсь! У меня нервы ни к чёрту, а у Наполеона уже двести тысяч солдат на том берегу. Триста тысяч! Четыреста! Надо заключать мир!
Наполеон (внезапно переправляясь через Дунай):
— А мне нужна одна победа, мы за ценой не постоим!
Начинается битва при Ваграме. Австрийцы упорно держатся, нанося наполеоновской армии огромные потери.
Наполеон (снова сердясь на великого русского писателя):
— С бородой, а наврал как мальчишка. Ладно, они вот-вот уже побегут — бросайте корпус Макдональда в решающую атаку!
Корпус Макдональда бросают, но он вскоре теряет три четверти своего состава и разбегается. Поражённый этим (и на флангах) Карл искусно отступает, не дождавшись войск эрцгерцога Иоанна или будущего фельдмаршала Блюхера. Зато появляется русская армия, занимая австрийскую Галицию. Победоносный Наполеон заключает с Веной мир, разводится со старой женой и женится на дочке императора Франца.
— На племяннице Карла, стало быть. Месть a la française, ха-ха! (Воодушевляясь.) Я и миллион человек в год ухлопать могу! Ничего мне не сделается. В следующей кампании назло всем поступлю тем же манером: погонюсь за вражеской армией и засяду в неприятельской столице, твёрдо веря в свою удачу. Что они мне сделают, я — торт!
Конец (конец ли?).