Кстати

Вот мы тут сидим, кушаем, отдыхаем, а между тем прото-проститутки и квази-блядищи из онлифанс и инстаграма бьют тревогу. И их можно понять — ситуация складывается аховая. Что происходит? Здесь, как говорится, не обойтись без небольшого экскурса в историю, буквально минут на пять.

Как вы знаете, Первая промышленная революция в Англии освободила женщину от работы на шерстяном производстве, разом переведя ее в мохнатый бизнес. Острова просвещенных мореплавателей (сиречь моряков, которых наемники на королевской службе схватили, отпиздили и под страхом кошки заставили служить Отечеству столько, сколько потребуется, проводя лучшие годы за гниющими досками разворованного еще на стадии строительства линейного семидесятичетырехпушечника, в бесконечной блокаде французских портов, где со шлюхами и вином веселились не покидавшие берега галлы) со второй половины XVIII века превратились в один большой бордель.

Кто сказал — «остров Эпштейна»? Правильно, существовали бордели для джентльменов со вкусом (и боязнью подхватить французскую болезнь), где можно было по сходной цене присмотреть себе невинную девочку-подростка. По некоторым данным, каждая пятая пригодная для утех женщина тогдашней Великобритании так или иначе, но зарабатывала себе на хлеб одним (и другим) местом.

Потом случилась Вторая промышленная, немцы-молодцы придумали автомобиль, электроавтомобиль, рентген и графа Цеппелина, а женщин начали брать в университеты и на работу, эволюционировав наконец до уровня Средневековья (да, братия и сестрия, в осмеянные за невежество Средние века у женщин было больше реальных и нереальных прав, чем в эпоху Просвещения и далее — можно было сапожничать или завести врачебную практику). Короче говоря, было чем заняться, потому что производство увеличилось, усложнилось, науки требовали своих Кюри и тыды и тыпы.

Следите, да, за ходом развития? И тут мы делаем скачок в почти наше время, с цифровой революцией, киберпанком и дешевым китайским производством. В Баварии, вот, на днях уже два жилых дома на принтере построили — и довольны собой. Да. Но наряду с этим упрощением появилось и масса ненужных людей, прямо как в русской интеллигенции XIX — XX веков. И перед женщиной, современной, западной, свободной на всю голову — то есть законченной тупой пиздой, принцессой-климатической активисткой-собачницей встал выбор:

— работать на неинтересной работе, зарабатывая средне-мало денег

— торговать телом на онлифанс, получая за пизду красную звезду и зеленую бумажку, много

Выбор был очевиден. Я бы и сам пошел, а не про Вимпфена вам, равнодушным зевакам, писал, но тучен телом и неловок костями, а для подкастов у меня слишком хриплый голос.

И все шло хорошо: люди реально платили за это (люди, блядь, сегодня платят за то, что смотрят, как другие люди играют в компьютерные игры, причем делают это добровольно — хорошо, что инопланетян нет, а то бы Землю сожгли за идиотизм космического масштаба), так что онлифанс сейчас есть у каждой второй «модели из инстаграма».

Но вот настала ИИ-шная революция, и работницы камеры и тела оказались вдруг в роли тех английских прядильщиц, внезапно выброшенных на мороз. К счастью, онлифанщицы думают, что человечеству где-то 200 тире 2000 лет и что Гитлер — злой, через что не могут оценить всей трагикомичности своего положения. А положение это заключается в том, что уже сегодня в инсте полным-полно популярных страниц с генерированным ИИ контентом из жаркого женского тела. На любой вкус и сюжет.

А что будет завтра? А завтра будет пиздец. Зачем тратить время на съемки, снимать хату и покупать шелковые хлысты, если компуктер сгенерирует вам все, что хочется? Совершенно незачем, и вчерашний донатер из Пакистана становится обладателем собственного ИИ-гарема. И теперь уже ему будут донатить те, другие, которым еще более лень и не хочется возиться с программами. Тогда онлифанщицы и прочие паразитки наверняка попробуют броситься обратно в науку и производство — ан поздно: там уже сидят индусы и роботы.

Таковы упругие факты недалекого будущего и такого же настоящего.

(с)