А что, если?..

(рубрика «Занимательная конспирология»)

Бывает так, что однозначное совсем не очевидно. Приходит, например, домой российский патриот Иван Голубец-с-Говном-и-Перцем, а там жена в дезабилье, и в шкафу почему-то сидит дворник-таджик — тоже не вполне одетый. Сразу начинаются вопросы: что такое, почему? Совсем ты меня не любишь, упрекает Ивана жена, про сегодняшнюю дату забыл, маму с днем рождения не поздравляешь. А Фируз нам шкаф починить вызвался.

Казалось бы, при чем тут дата, теща и дворник со шкафом, который, к слову сказать, и не был сломан? Запутанная ситуация, а между тем достаточно лишь предположить, что жена трахается с Фирузом, как все сразу встает на свои места, складываясь в цельную картину. Тот же самый подход можно, должно и нужно распространить на общероссийские проблемы, как известно, не ограничивающиеся представителями Средней Азии.

Почему, например, город Грозный цветет и пахнет, сверкая башнями и витринами, а витрина «русского мира» Донецк — утопает в говне? И не как-нибудь там фигурально, а именно что буквально, в прямом, прямее уж некуда, смысле? Почему чеченцы заняли в России положение между янычарами и казаками, а так называемых «новоросов» держат за последних лошков, проверяя на «старой» границе и не доверяя им ничего важного?

Почему на святую общероссийскую СВО идут томски и калуги, но не гудермесы и горты? Почему «Ахмат» состоит из русских, а двадцать тысяч чеченских воинов скрылись где-то на просторах тик-тока? Почему за оскорбление православной веры изредка дают иноагента, а за оскорбление мусульманской религии — по морде, по ребрам, по почкам, и пропадешь еще с концами, похищенный где-то на этапе?

И кто завозит в страну жителей Средней Азии, если все — против? И москвичи, и россияне, и правительство, и депутаты, и президент, и даже сам Верховный — тоже говорит, что эта практика порочна. Неужели вместо Фируза нельзя найти русских дворников? Казалось бы, где светское, антифашистское или хотя бы фашистское государство русского национализма, а где — вся эта практика?

Ответ может быть только один: Владимир Путин уже давно принял ислам. Нет, не в том смысле, что национальный лидер многонациональной РФ склеил ласты, дал дуба, двинул кони и отбросил копыта. В том смысле, что примерно на первом сроке своего правления он стал убежденным мусульманином, действующим исключительно в пользу уммы. Только это, немыслимое на первый взгляд, предположение объясняет события двадцати последних лет.

Признав это, мы понимаем весь размах замысла российского, хе-хе-кхе-кхе, лидера. Владимир Владимирович организовал русскому народу гигантскую демонстрацию преимуществ ислама. Мусульманство — это Грозный-Сити, это чемпионы ММА, это бросок с прогиба и коллекторное агентство «Кавказ», э! Напротив — пузатые пивные скуфы из «Русской Общины», убогие ветераны СВО и развалины Мариуполя, методично заселяемого сегодня среднеазиатами.

Образно — с одной стороны генерал-яйцо Суровикин, отставленный за ненадобностью в угол; с другой — красавчик-уася, бриллиантовый генерал-полковник Алаудинов, вертевший всех на одном из своих аксессуаров. Унылого «героя Новороссии» Гиркина давно уже обсиживают мухи на зоне, а бравый командир «Ахмата» клал на всех военкоров с прибором. Эй, кто там — набей для меня ебальник помощнику депутата!

Иллюстрация настолько контрастна, что выбор очевиден — и Владимир Владимирович знает это, уж поверьте.
— Я этим патриотам русского мира покажу, мля, — смеется он, отключая армии Телеграм, чем достигается единство дна фронта и тыла.

ТЕКСТ РАСПРОСТРАНИТЬ ПО ЯЧЕЙКАМ РУССКОЙ ОБЩИНЫ И ОБЩЕРУССКОГО СОПРОТИВЛЕНИЯ

(с)