Революция

Жизнь красного артиллериста Артема Сергеевича Нахаева откровенно не складывалась. Почти что ровесник века (он родился в 1903 году), Нахаев закончил было Ленинградскую артиллерийскую школу, что, учитывая его рабоче-крестьянское происхождение, вполне могло обеспечить карьерный взлет. Надо было только подождать до 1930 года, когда из РККА вычищали бывших военспецов, благодаря которым большевики в свое время обеспечили себе победу в Гражданской войне. Тогда Нахаев, прояви он хотя бы мало-мальскую активность, мог встретить армейскую чистку 1936—38 гг. в приличном звании и, если повезет, добраться потом до командных вершин.

Но Артем Сергеевич, как видно, ждать не умел, а может быть, не верил, что угар НЭПа сменится чем-то приличным. Разочарованный коммунист поддержал антисталинскую оппозицию, а потом и вовсе вышел из партии в знак протеста. Пришлось уйти и из армии, официально — по болезни, но фактически, надо понимать, речь шла о предложении, от которого нельзя было отказаться. Демобилизовавшись в двадцать пять лет, Нахаев искал себя на стройках коммунизма, говоря проще: подрабатывал разнорабочим где придется, мотаясь на пространстве Страны Советов от Москвы до Одессы.

Обремененный женой, Артем Сергеевич решает вернуться в РККА, для начала устроившись на вечернее отделение Военной академии (кто-то там крупно рискнул или зевнул, приняв на учебу бывшего коммуниста), одновременно заступив на пост начальника штаба дивизиона Осоавиахима. Кроме того, Нахаев преподавал военное дело в Московском институте физкультуры, но если вы думаете, что все это сильно поправило его дела, то нет: небольшая зарплата позволяла лишь снять несколько метров в подмосковном селе Жулебино, на которых тридцатилетний курсант ютился вместе с женой.

Помимо собственных невзгод, Нахаева огорчала коллективизация (или, учитывая его возможные троцкистские симпатии, то, как она проводилась). Сотни тысяч вчерашних крестьян бежали в города, становясь пролетариями, а потом нельзя было найти жилья. Так или иначе, но летом 1934 года Артем Сергеевич решил свергнуть переродившуюся власть, сделав самый справедливый строй таким не на словах, а на деле. Подняв по тревоге двести человек, находившихся в осоавиахимовском лагере на сборах, он повел их на Москву.

Прибыв в столицу утром 5 августа, Нахаев выстроил свой отряд на плацу Красноперекопских казарм Московской Пролетарской дивизии и приказал им вооружиться. Он говорил про завоевания Октября, от которых ничего не осталось, призывая начать новую революцию. Увы, вместо этого несостоявшиеся революционеры набросились на своего командира и скрутили его — он успел только открыть пузырек с ядом, но не сумел выпить его целиком. Вечером того же дня Каганович сообщил отдыхавшему в Сочи Сталину о попытке военного переворота.

Лазарь Моисеевич писал, что Нахаев, если и не сумасшедший (версия армейского начальства), то как минимум человек с надрывом (мнение чекистов), но товарища Сталина было не провести. Всегда искавший (и находивший) вражью руку, вождь прямо с курорта вскрыл подлинные мотивы бывшего артиллериста:

Дело Нахаева — сволочное дело. Он, конечно (конечно!), не одинок. Надо его прижать к стенке, заставить сказать — сообщить всю правду и потом наказать по всей строгости. Он, должно быть, агент польско-немецкий (или японский). Чекисты становятся смешными, когда дискутируют с ним о его «политических взглядах» (это называется допрос!). У продажной шкуры не бывает политвзглядов — иначе он не был бы агентом посторонней силы. Он призывал вооруженных людей к действию против правительства — значит, его надо уничтожить.

После этого дело пошло, и запиравшийся сперва Нахаев признал себя агентом эстонского Генерального штаба, завербовавшего его через институтского сослуживца Быкова, бывшего генерала царской армии. Лимитрофу официальных претензий выдвигать не стали, но разоблаченных врагов народа и шпионов приговорили к высшей мере социальной защиты: расстрелу. Нахаева казнили в конце 1934 года — событие, совершенно не замеченное советскими гражданами, пораженными коварным убийством Сергея Мироновича Кирова.

Победители

«Достигнут значительный прогресс, но если по какой-либо причине соглашение не будет достигнуто в ближайшее время, что, вероятно, произойдет, и если Ормузский пролив не будет немедленно „открыт для бизнеса“, мы завершим наше прекрасное „пребывание“ в Иране, взорвав и полностью уничтожив все их электростанции, нефтяные скважины и остров Харк».

Тю, а шо случилось? Величайшая военная сила в истории и ее победоносное руководство не могут в одно рыло (но вместе с Израилем) одолеть Иран? Тот самый, который последний раз выигрывал что-то еще при живых византийцах.

Как же так? Такая была череда побед, из черной комнаты не успевали коробки из-под пиццы выносить, а потом - раз и пятно на репутации. Позорно уходить, обосравшись на весь мир. Бросая евреев, которые Трампа держали за полумессию.

Обидно, блядь.

Вообще, складывается интересный алгоритм трамповских реакций, первой среди которых является стремление бежать, роняя тапки. Так было в Афганистане, так было с курдами, так он пытается поступить с украинцами и этим же все время грозит в Европе. Одним словом, кому должен - всем прощаю, адью.

Это не реалполитика - это, простите, какой-то военно-политический эскапизм.

Конечно, даже нынешние США не догнили еще до такой степени, чтобы следовать этому курсу на все 100%. Поэтому американцы формально еще в НАТО, поэтому не клеится сделка с Путиным и ты ды и ты пы. Но вот с Ираном - случай особый, бумажка тут самая лакмусовая.

Про Украину еще можно было изрыгать всякое: что это-де война Байдена и Зеленского, что Путин и маячащий за ним Китай - проблема исключительно европейская, а Америка станет со всеми торговать и снимать пенки. В этом была логика мародера, искренне верящего, что стаскивать сапоги с раненых можно будет вечно.

Но с Ираном-то на Байдена и Обаму не спишешь. То есть, написать-то можно всякого, даже и капслуком, но и арахисовым американским мозгам будет трудно перестроиться с ВЕЛИКОЛЕПНОЙ ПОБЕДЫ ТРАМПА, одержанной в первыйже день СВО 2.0, на поспешную ретираду. Могут возникнуть сомнения в Суприм Лидере.

А иностранцы? Ну, "жалкую Европу" принимать в расчет не стоит, это понятно, а Нетаньяху, если надо, наградит Трампа званием израильского фельдмаршала. Но что скажут в Москве и Пекине? Что ожирелый гегемон не справился, растерялся и трусливо сбежал? Обидно будет. Сильный парень Ким отправляет солдат освобождать Курск, а Трамп своих ребят держит подальше?.. Уважение в минус.

А с другой стороны - искус сбежать велик. В самом деле, пускай последствия расхлебывают местные и не местные, а США в это время могут еще раз победить Мадуро. Сперва выпустить, а потом опять победить. Дешево, зато никакого риска.

Первоапрельские разговоры о храпе

Жена говорит, что я храплю. А я не храплю. Если б я храпел, то знал бы это или хотя бы слышал. А я не слышал и, следовательно, не храпел. А жена говорит — храплю.

Как же это может быть?

А вот так, продолжает жена. Я (это она про себя) встаю ночью покормить маленького, а ты — лежишь и храпишь. И сын, забывая о молоке, поворачивает голову налево, высматривая раненого кабана, который один только и может издавать такие звуки.

И знаешь, что самое страшное? (Это она мне, женщина.) Что я толкаю тебя рукой, а ты просыпаешься и начинаешь шипеть.

Вот тут — признаю, некоторое шипение с моей стороны действительно имеет место быть. Но почему? Потому что сыну нравится, ему так крепче спится. Я шиплю для семьи, а она говорит — храпишь.

Да, храпишь (это она снова мне): сперва начинаешь спросонья шипеть, хотя тебя никто не просит, а потом мгновенно засыпаешь и опять продолжаешь чудовищно храпеть.

А я — не храплю.

Тогда я спросил тещу, пробравшуюся в мой дом под личиной доброй бабушки, — слышала ли она когда-либо храп? Теща уклончиво ответила: «о, да», но поскольку я не уточнял, чей, то вопрос остался открытым.

Я и у сына спросил, а он вынул пальцы изо рта, засмеялся и сказал «агу», что в переводе с младобаварского означает: 

«Почтенный родитель, споры о Вашем храпе — событие, безусловно, важное, но все же уступающее по значимости тому обстоятельству, что я, Ваш сын, научился обнимать мягкие игрушки».

И в самом деле.